Ведь правда? О Боже, она надеялась, что так и было. Или же она застряла в каком-то готическом кошмаре.
Когда все закончилось, ее пациент откинулся на подушках, а женщина зализала то место, где только что побывал его рот.
— Теперь отдыхай, — сказала она, потом повернулась к Рэд Соксу. — Ты в порядке?
Он покачал головой туда-сюда.
— Я хочу коснуться тебя, но я не могу. Я хочу войти в тебя, но… не могу.
Пациент заговорил.
— Ляг рядом. Сейчас.
— Ты не справишься с этим, — ответил Рэд Сокс слабым, хриплым голосом.
— Тебе нужно это сейчас. Я готов.
— Да хрен ты готов. И я должен прилечь. Я приду позже, когда отдохну…
Снова распахнулась дверь, из коридора пролился свет, и в комнату вошел огромный мужчина с черными волосами до талии и в солнцезащитных очках. Вот это уже проблема. По жесткому лицу казалось, что он был способен к пыткам, а свирепый взгляд заставил ее задуматься не хотел ли он приступить к ним прямо сейчас? Стараясь не привлечь его внимание, она сомкнула веки и постаралась не дышать.
Его голос был таким же жестким, как и он сам.
— Если бы вы уже не были в полном и глубоком шоколаде, я бы собственноручно вас закопал. Каким, черт побери, местом вы думали, когда притащили ее сюда?
— Прости нас, — сказал Рэд Сокс. Послышалось шарканье ног, и закрылась дверь.
— Я задал вопрос.
— Она должна быть здесь, — ответил пациент.
— Должна? Должна?! Ты что выжил из своего чертового ума?
— Да… но не насчет нее.
Джейн приоткрыла глаз и смотрела сквозь ресницы, как парень размером с мамонта взглянул на того, что с изумительными волосами.
— Я хочу видеть всех в своем кабинете через полчаса. Нужно решить, что, вашу мать, с ней делать.
— Только не… без меня… — сказал пациент, его голос становился сильнее.
— Тебе право голоса не давали.
Пациент оттолкнулся от матраса и, опершись на дрожащие руки, сел.
— У меня все права, когда речь заходит о ней.
Здоровяк ткнул пальцем в пациента.
— Да пошел ты.
Неожиданно в Джейн взыграл адреналин.
Сон оно или явь, с ее мнением обязаны считаться в этой светской беседе.
Выпрямившись в кресле, она прокашлялась.
Все глаза устремились на нее.
— Я хочу выбраться отсюда, — сказала она, ей хотелось, чтобы голос звучал менее хрипло и более угрожающе. — Сейчас же.
Здоровяк положил руку на переносицу, сдвинул очки и потер глаза.
— Благодаря ему, сейчас это невозможно. Фьюри, позаботься о ней снова, хорошо?
— Вы убьете меня? — выпалила она.
— Нет, — сказал пациент. — С тобой все будет хорошо. Даю слово.
