— Он сбалансирован для левой руки.
Джон испробовал его и почувствовал себя еще сильнее. Он как раз собирался поблагодарить Брата, но тут увидел его хмурый взгляд. Зи смотрел на него с тем же странным выражением, что и в тренировочном зале.
Джон спрятал кинжал за пояс штанов и спросил: «Что? Разве это плохая позиция?»
Зи провел рукой по коротко остриженному черепу.
— Спроси меня, сколько левшей встречается среди Воинов?
Дыхание Джона замерло, странное чувство навалилось на него. «Сколько?»
— Известен лишь один. Спроси меня, кто он был?
«Кто он был?»
— Дариус.
Ди был левшой.
Джон посмотрел на свою левую руку. Его отец.
— Ты и двигаешься, как он, — пробормотал Зи. — Честно говоря, это охрененно жутко. Как будто я смотрю на него.
«Правда?»
— Да. Он был гибким. Как и ты. Ну да ладно. Проехали. — Зи хлопнул его по плечу. — Левша. Кто бы мог подумать?
Джон наблюдал за тем, как уходит Брат, затем вновь взглянул на свою ладонь.
Уже не в первый раз он задумывался над тем, как выглядел его отец? Какой у него был голос? Как он двигался? Боже, чего бы он только не дал за информацию о нем.
Возможно, когда-нибудь он сможет спросить Зейдиста. Но он боялся своих чувств.
Если бы только был другой путь.
***Джейн загнала машину в гараж и выругалась, заглушив мотор. Одиннадцать — тридцать четыре. Она должна была встретиться с Ви, у себя дома, два с половиной часа назад.
Ей пришлось повременить с отъездом из-за экстренного дела. Она уже оделась и собралась, когда возле дверей ее выловил медицинский персонал, заваливая вопросами.
Потом одному из пациентов стало хуже, и ей пришлось обследовать женщину, а после — говорить с ее семьей.
Она отправила Вишесу смс, известив, что у нее дела. Потом снова — что ей придется остаться еще дольше. Он поддержал ее, сказав, что все в порядке.
Но, позвонив, чтобы сообщить, что застряла на объездной дороге, она услышала голосовую почту.
Когда гаражная дверь закрылась, Джейн вышла из машины. Она была очень рада видеть Вишеса, но также очень измотана. Прошлой ночью они занимались тем, что не включает в себя сон.
И у нее выдался длинный день.
Войдя через кухню, она сказала:
— Мне так жаль, что я опоздала.
— Не страшно, — ответил он из гостиной.
Она зашла за угол… и замерла. Вишес сидел на диване в темноте, закинув ногу на ногу. Его кожаная куртка лежала рядом, так же, как букет лилий. Он был спокоен, словно замерзшее озеро.
Черт.
— Привет, — сказала она, бросая пальто и сумку на обеденный стол ее родителей."
"— Привет.
