Они сильны, практически неуязвимы, их можно убить, только проткнув грудь чем-то стальным.
— Почему вы с ними враждуете?
Он затянулся, снова нахмурив брови.
— Я подозреваю, это может быть связано с моей матерью.
— Твоей матерью?
Натянутая улыбка растянулась на его лице.
— Я сын той, кого ты можешь считать божеством. — Он поднял руку в перчатке. — Это от нее. Лично я из детских подарков предпочел бы серебряную погремушку, ну, или может, пастилу. Но мы же не выбираем то, что дарят нам родители.
Джейн взглянула на черную кожу, укрывавшую его ладонь.
— Иисус…
— Не соотносится с нашим лексиконом или моей сущностью. Я не спаситель, — он зажал сигарету между губами и снял перчатку. В сумраке заднего сидения его рука сияла мягкой красотой лунного света, который отражался от свежевыпавшего снега.
Он затянулся последний раз, затем взял сигарету и прижал к ладони.
— Нет, — прошипела она, — Не вздумай…
Вспышкой света окурок превратился в пепел, и он дунул на остатки, рассеивая пудру в воздухе.
— Я бы все отдал, чтобы избавиться от этого. Хотя, признаюсь, она чертовски удобна, когда нет пепельницы.
Джейн чувствовала слабость по целой куче причин, особенно размышляя о своем будущем.
— Твоя мать заставляет тебя жениться?
— Ага. Хрен бы я на это подписался, — глаза Ви переместились на нее, и на какое-то мгновение она могла поклясться, что он скажет, что она стала бы исключением из правила.
Но он лишь отвел взгляд.
Господи, сама мысль о нем с кем-то еще, пусть она и не вспомнит его, — как удар в живот.
— Сколько их?
— Ты не хочешь этого знать.
— Скажи мне.
— Не думай об этом. Я изо всех сил стараюсь отогнать мысли об этом, — он посмотрел на нее. — Они ничего не будут для меня значить. Хочу, чтобы бы ты это знала. Даже если мы не сможем… Э, хм, так или иначе — они ничего не значат.
С ее стороны ужасно радоваться этому.
Он надел перчатку на руку, и они молчали пока седан пробирался сквозь ночь.
Наконец они остановились. Снова поехали. Остановились. И тронулись с места.
— Должно быть, мы в центре, да? — спросила Джейн. — Потому что это явно светофоры.
— Да, — он наклонился вперед, нажал на кнопку, и перегородка опустилась вниз так, что она увидела лобовое стекло.
Ага, центр Колди105. Она вернулась.
На глаза набежали слезы, она сморгнула их и уставилась на руки.
