"
"Он погладил эспаньолку, как будто пытаясь решить, что именно ей рассказать.
— Раньше они были у меня постоянно, но потом просто исчезли. Я не видел ни одного… ну, последнее было о Рэд Соксе пару месяцев назад, и я спас ему жизнь, последовав увиденному. Так что, когда мои братья пришли за мной в палату, и у меня возникло видение о тебе, я велел им забрать тебя. Ты говоришь о совести? Если бы у меня ее не было, я бы оставил тебя там.
Она вспомнила его агрессию по отношению к самому близкому и родному человеку, защищая ее.
Даже отбирая у нее бритву, он был осторожен. После чего прижимался к ней в поисках утешения.
Возможно, он думал, что поступает правильно. Это не значит, что она простила его, но… Ну, уж лучше так, чем то, как он изображает Пэтти Херст69 без всяких угрызений совести.
После этого неловкого момента она сказала:
— Ты должен доесть.
— Я закончил.
— Не правда.
Она кивнула на тарелку.
— Доедай.
— Я не голоден.
— Я не спрашиваю, голоден ты или нет. И не думай, что я не смогу ткнуть тебя лицом в тарелку, если потребуется.
Небольшая пауза, а потом он… Господи… Он улыбнулся ей. Окруженные эспаньолкой уголки его губ поползли вверх, а глаза прищурились.
Дыхание Джейн застряло где-то в горле. Он был такой красивый, подумала она, в тусклом свете лампы, падающем на его твердую челюсть и блестящие черные волосы. Даже несмотря на то, что его длинные клыки все еще казались ей немного странными, он выглядел гораздо более… человеком. Доступным. Желанным…
О нет. Только не это. Нет.
Джейн проигнорировала факт своих заалевших щек.
— И не надо сверкать здесь своими зубами. Ты думаешь, я пошутила насчет еды?
— Нет, просто со мной никто и никогда так не разговаривал.
— Ну, а я разговариваю. У тебя с этим проблемы? Ты можешь отпустить меня. А теперь ешь или я буду кормить тебя как ребенка, и не думаю, что твое эго это переживет.
На его лице по-прежнему сверкала улыбка, он вернул тарелку на колени и начал медленно и сосредоточенно есть. Когда он закончил, она подошла и взяла стакан с водой, который он уже осушил.
Она прошла в ванную комнату, наполнила стакан и принесла ему.
— Пей еще.
Он выпил весь стакан. Когда он ставил его обратно на тумбочку, она наблюдала за его ртом. Ученый внутри нее был им очарован.
Через какое-то время он приподнял верхнюю губу, обнажив передние зубы. Его клыки блестели в свете лампы. Острые и белые.
— Они удлиняются, не так ли? — спросила она и приблизилась к нему. — Когда вы питаетесь, они становятся длиннее.
