Осталось одно движение. Так что же ее отвлекло? Почему появилось беспокойство в глазах? Возможно, в саду с привязи оторвалась коза? Или к курятнику подобрался соседский кот, всполошив кур? А может, маленькая Сашка снова без спроса убежала на речку?
– Да, она реальный человек.
– Хорошо. Очень хорошо. Тогда позвольте еще вопрос. Почему вы в этом месте так грубо нанесли тень? Весьма смело, я бы сказал, но находка удачная. Эта жесткость контуров в контрасте с солнечным полднем за окном сразу притягивает взгляд.
– Не знаю, – ответила Сашка, не понимая, к чему клонит старик.
– Я так чувствую.
– Вот и я чувствую, – согласился бывший ректор. – Много лет общения со студентами научили меня кое-чему. Видеть и узнавать. Творческой душе свойственны метания и сомнения, я снова повторю: вы удивительно прямолинейны даже в рисунке. Почему?
– По-другому я не умею. Я просто знаю, что нужно так, а не иначе. Вижу и рисую.
– Скорее, не научилась, Александра. Но ваша уверенность вселяет большую надежду, что я не ошибаюсь. Так значит, вы не ставили себе целью, используя необычный прием и технику, поразить преподавателя?
Сашка нахмурилась.
– Нет, конечно! – пожалуй, впервые допустила эмоции в голос. – Я бы не посмела. Я не так уж много знаю о технике и приемах, чтобы кого-то поражать.
Старик покачал головой и сощурил за очками светлый взгляд, наблюдая за девушкой. Рассматривая ее без лишнего вызова, просто как человек, которому интересен другой человек.
– Вы знаете, у нас с вами много общего, – вдруг сказал. – Гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд.
Я хочу попросить вас не торопиться с уходом из академии и подумать еще раз. Ваш творческий путь обещает стать очень интересным, а ваш взгляд на рисунок по-своему уникален, хотя пока еще довольно прост. Я готов лично приложить к вашему обучению руку.
Он аккуратно откашлялся и поправил ворот рубашки, ослабив галстук.
– Простите, – на минутку отвлекся, чтобы достать из кармана и поднести ко рту ингалятор. Отдышался минуту и пояснил: – У меня астма и иногда случается спазм от волнения.
Ваше решение оказалось для нас с Ольгой Аркадьевной слишком неожиданным.
– Так вот, – продолжил, успокоившись. – Видите ли, Александра, я тоже одинок и, думаю, что могу вам кое-что предложить. Мне кажется, я знаю, в чем кроется ваша проблема. В отсутствии средств к существованию, я прав?
Прав или не прав, какая разница. Сашке вдруг стало противно."
"– Я не стану с вами спать ради того, чтобы учиться, – грубовато отрезала она.
