Теперь ты блондинка и точно хочешь моей смерти.
– Это всего лишь эксперимент, к тому же корни уже давно отросли. Что, так плохо?
– Когда-нибудь у тебя будут длинные волосы каштанового цвета. И я сам буду тебя заплетать.
– Шутишь? Я терпеть не могу длинные. И тем более косы.
– Ничего, для меня отрастишь.
– Савин, – я сама не знаю, почему, но вдруг улыбаюсь. – Ты сегодня сошел с ума?
В какой-то миг я действительно в это верю, но он серьезен.
– Не сегодня, – признается, – давно. Я знаю, что еще не время, но скоро заберу тебя домой.
Тогда никто не посмеет ничего о тебе сказать, никто.
– Он – мой учитель. И хороший человек, поверь.
– Верю.
Горячее дыхание шевелит висок и как-то легко на душе в это солнечное утро, как будто и страхов нет. А может быть, их действительно нет?
– Мне нужно идти, Игнат. И тебе пора.
– А если…
– Нет. Если у меня получится, я сама к тебе приду, – внезапно для себя обещаю. – А пока – не приходи сюда, пожалуйста, это тяжело для меня.
Он отпускает руки и смотрит в глаза.
Мы оба смотрим. Через секунду он уйдет, оставив меня провожать его взглядом – когда-то пухлого улыбчивого мальчишку, превратившегося в высокого красивого парня, имя которого уже у многих на устах – да, я знаю. Как и понимаю, что этому имени не нужна моя история. Но прежде отчаянно выдохнет:
– Только не люби никого, Алька! Не люби!
– Майка?
– Привет, Чайка!
Моя подруга сидит на той же лавочке, где неделю назад сидел Игнат, закинув ногу на ногу, и болтает ступней, – такая же непринужденная и ветреная, как всегда.
На ней короткая юбка, летняя джинсовая куртка и босоножки с тонкими каблучками. Концы темных волос на этот раз выкрашены в лиловый цвет, а глаза спрятаны за солнцезащитными очками, но я, конечно же, сразу ее узнаю.
– Майка, неужели ты?!
Я возвращаюсь от тетки с рюкзаком полным нехитрых гостинцев и пакетом картошки в руках и очень удивляюсь тому, что вижу ее возле дома Вишневского, и тому, что она нашла меня.
Она спрыгивает со скамейки и лезет обниматься.
Я тоже рада ее видеть, но в руке тяжелая поклажа, и я прошу ее, отставляя сумку в сторону:
– Подожди, Майка, уронишь! Лучше скажи: где ты была? Куда пропала? Я же тебя сто лет не видела! И телефон не отвечал!"
"– Где была, там меня уже нет! – весело отвечает она. – В разных местах, Сань. Поверь, тебе лучше не знать! А телефоны у меня никогда не задерживались, ты же помнишь.
– Да, помню. – И это действительно так. В редких случаях получалось ее найти.
