Маша вскочила, привычно уже поджав правую ногу.
- Смелее наступай. Колено у тебя здоровее, чем было до этого.
Девушка осторожно перенесла вес тела на правую ногу. Действительно, ничего не болело, даже сустав от долгой фиксации в одном положении.
- Прыгать можешь, - улыбнулся Артур, глядя, как Маша рванула в туалет.
Оттуда раздался радостный вопль. Один, второй, полураздетая девушка выскочила из санкабины, подхватила парня, закружила по комнате, откуда только силы взялись.
- Я не знаю, как ты это сделал, но ты лучший, - остановившись, проговорила она.
– Желай что хочешь.
- Не сейчас, - Артур внимательно посмотрел на лицо девушки – даже следа шрама не было, только небольшая красная полоска. Конструкт, внедрившийся в плоть, сейчас растворял келлоидные ткани в глубине. – Краснота пройдет через несколько часов. Вот, держи.
Он достал из кармана баночку, протянул Маше.
- Это цинковая мазь, она плохо смывается. Нанесешь по всей длине, и дня три подержишь, чтобы люди привыкли. Постарайся сегодня выписаться, на рентгене будет виден перелом лучевой и разрыв мениска еще две недели, но в действительности их уже нет, завтра можешь снять гипс и ортез, спокойно ходить, зарядку делать.
Ясно?
Маша с готовностью кивнула.
- Зубы, прости, восстановить не смогу. С дядей и дедом сама поговоришь, не знаю, как обьяснишь им все это, но про меня ни слова, да?
- Да! – девушка была согласна на все.
- Ладно. Пойду, дела, - Артур подошел к двери. – Мог бы сказать – выздоравливай, но ты уже здорова, не так ли?
Он подмигнул Маше и вышел.
Кто говорит, что понедельник – день тяжелый? Нормальный удачный день.
Маша зевнула, и неожиданно для себя уснула.
Лев Иосифович Лейбмахер не считал себя одним из лучших пластических хирургов столицы, но вот коллеги считали иначе. Хоть звезды не ломились в очередь у дверей его клиники – штучным товаром он не занимался, зато там стояла очередь из других людей, готовых расстаться с сотней-другой тысяч за увеличение груди, губ, удаление морщин. Операции были поставлены на поток, четыре других, не таких известных, не слишком опытных, но и не слишком жадных хирурга трудились не покладая рук, вставляя силикон, филеры, отсасывая жир и подтягивая овал лица.
Два врача-косметолога без перерыва кололи ботекс, делали лазерный пилинг и эпиляцию. Пусть цены в клинике были невысокие, но Лев Иосифович брал обьемом."
"Иногда, в сложных случаях, он сам вставал к операционному столу, но большей частью был занят организаторской работой.
