Ой, Лиана, какие хорошенькие у тебя брючки, дай посмотреть.
С этими словами она цапнула из рук Лианы вещицу.
— Как же так… — охнула Лиана, чуть не плача.
Анфиса оглядела брюки со всех сторон и все же вернула их приемной дочке.
— Ладно, забери. И оцени, какая я щедрая.
— Щедрая? — Лиана громко всхлипнула.
— Что нюни развела? — фыркнула мачеха. — Ты умнее будь, больше у Вардана проси, чтобы хватило на всех. От него не убудет, а нам приятно.
— Так он ведь уже купил мне все, как же я…
— А ты скажи, не подошло.
Или плохое купил. Пусть привезет все новое, пусть ухаживает за тобой лучше! Становись уже хитрее, а то смешно от тебя…
Мачеха удалилась с гордо поднятой головой, разумеется прихватив косметичку.
Виола с Галиной посмотрели на нее, как на чумную, и ушли вслед за матерью.
Лиана застыла на месте. Покрутила в руках брюки и вдруг обнаружила — на заднице разошелся шов. Не пережили брюки встречи с Виолой.
— Что же это…
Лиана сморщила лицо, захлюпала носом, закусила губу, чтобы не разрыдаться в голос.
Невыплаканные слезы стали жечь глаза.
Что в такой ситуации сделаешь?
Чуть придя в себя, она схватила сумку, достала телефон, стала звонить отцу. Потому что ну невозможно уже терпеть такое отношение.
— Папа, — принялась она жаловаться в трубку. — Они все забрали, все…
— Кто что забрал? — не понял он поначалу.
— Анфиса! Всю косметику…
— Дочка, ты зачем звонишь мне по таким пустякам? — попытался возмутиться отец.
— Какие же это пустяки, если она…
— Ты меня вашими женскими штучками не напрягай, — прервал он ее уже резче.
— Я занят, работаю. Скажи Анфисе, пусть разберется.
— Я же говорю, она и забра…
Лиана замолчала на полуслове, потому что в динамике мобильного послышались короткие гудки.
Отец просто повесил трубку. Отмахнулся от нее, как от назойливой мухи. Она ему вправду муха, что ли?
Лиана села на кровать, прижала к себе сумку с учебниками и стала беззвучно плакать.
Но даже погоревать о потерянных вещах ей не дали.
Из коридора раздался крик мачехи:
— Лиана, марш мыть кухню! Потом не забудь почистить картошку!
Ага, они ей в душу нагадили, а она им чисти картошку и кухню мой.
Не ею загаженную, между прочим. Она вчера ужин готовила, все за собой прибрала, но уже, видно, снова напакостили.
— Не буду, — проворчала она тихонько.
Вскочила и бросилась вон из комнаты, пронеслась по коридору мимо удивленной мачехи и выскочила вон из дома.
— Лиана, ты куда? — неслось ей в спину, но она не обращала внимания.
