— В голосе отца слышалось удивление. — Некий полковник в компании с матерью подруги твоей Лианы. Говорят — по твою душу. Требуют выдать им Лиану. Ты вообще в курсе, что происходит? Утверждают, Лиана их вызвала!
— Какого такого полковника ты вызвала? — изогнул он левую бровь.
— Ой, — простонала Лиана.
Вардан с недоумением на нее посмотрел и поймал виноватый взгляд.
— Я объясню тете Кате, что меня уже не надо спасать, — заверила его Лиана.
«Вот так да, — почесал он затылок. — Если бы не помирился с Лианой, что бы было?»
Не хотелось даже представлять.
* * *Полковник ФСБ Виталий Валерьевич Воронов оказался серьезным спецом с тяжелым, просвечивающим насквозь взглядом. Седовласый, но все еще крепкий, высокий дядька, он своим видом отличался от остальных мужчин, собравшихся в комнате.
— Меня тут вкратце ввели в курс дела, — подметил он с прищуром. — В серьезный вы попали переплет. Не поведаете, с чего все началось?
Вардан поведал. Вместе с родственниками отвел полковника в кабинет отца и принялся подробно рассказывать всю историю.
В разговор, конечно же, встрял и отец:
— Кто-то ей помогает. Кто-то, обладающий властью! Кто-то с деньгами…
Вардан был согласен с отцом.
А полковник ответил просто:
— Выясним…
* * *В голове Наиры все еще шумело после того, как Вардан приложил ее лбом о стену.
Чудом удалось скрыться из машины скорой помощи. Все благодаря мужской наивности. Увидели в ней слабую женщину.
Ага-ага.
Ну она и достала шокер из потайного кармашка. Рубанула первого, поставила второму подножку, и тот долбанулся головой об стену кузова.
Связала работничков для надежности, там же переоделась в одежду врача и была такова.
Смешно, но в кутерьме, что творилась во дворе особняка Агдаянов, никто не заметил ее исчезновения.
Наира бежала оттуда козьими тропками.
Вихляла, виляла, запутывала следы, но в результате добралась почти невредимой до тайной квартиры, которую берегла для особого случая. Квартира находилась на окраине города в старом многоэтажном доме. Куплена на документы принца.
Там-то Наира и собиралась отлежаться, зализать раны, придумать, что делать дальше.
Забежала в квартиру, запыхавшаяся.
Не потрудилась даже разуться, сползла по стенке прямо в прихожей, уселась на пыльный пол, обессиленная.
Но война еще не кончена, она им покажет! Она еще отомстит! Добьется справедливости…
И больше никогда-никогда не проявит слабости.
Собственно, Наира очень давно разучилась быть слабой. Но она в совершенстве научилась эту слабость изображать.
