Ведь без обидных подколок, граничащих с прямыми оскорблениями, не обошлось бы никак. Он бы проехался и по ее внешности, и по одежде, и по способностям. А она бы потом целый день крутила мнимый диалог с ним, выдумывала хлесткие ответы на его гадкие реплики, которые при следующей встрече непременно забыла бы из-за волнения. Сто процентов.
Теперь же Лиана почти без страха прошла мимо бывшего обидчика к своему шкафчику.
И не перенервничала даже.
Поставила рюкзак на банкетку, что стояла рядом, и обернулась, услышав шаги Тарасова.
Что-то в его взгляде ей не понравилось.
Как-то он изменился. Решительнее стал, что ли? Даже глаза как будто потемнели, или всему виной тусклое освещение в раздевалке? Окон-то тут нет.
Лиана мгновенно напряглась.
Мысленно прокрутила в голове варианты.
Если вдруг Тарасов к ней полезет, она мигом навернет его своим рюкзаком. Или даже достанет перцовый баллончик, который там у нее поселился на всякий пожарный случай. Хотя брызгать перцовым баллончиком в небольшом и непроветриваемом помещении — так себе идея.
Однако испугалась Лиана зря.
Тарасов не стал ей ничем угрожать.
Протянул два билета.
— Лиана, тут такое дело… Вот…
Она автоматом взяла билеты, прочитала название фильма. Романтическая комедия, на которую они с Кирой собирались пойти на выходных.
Тарасов как-то об этом узнал?
— А зачем ты даешь мне билеты? — спросила она, держа их перед собой.
— Ну ты жестко тупишь… — сказал он и поджал губы.
«Жестко тупишь…» — эхом пронеслось у Лианы в голове.
Тупая овца, бесхребетная дура, безмозглая курица — лишь малая часть милых прозвищ, которыми Тарасов наградил ее за годы учебы.
Вот он — старый добрый козлище, который терроризировал ее годами. Ни дня без гадости для нее.
Лиана впечатала ему билеты обратно в грудь и заявила:
— Забери!
Подхватила рюкзак и вознамерилась уйти. Ничего, посидит в туалете, подождет, когда этот придурок свалит из раздевалки, тогда уж и пойдет переодеваться.
Однако Тарасов поспешил следом и умудрился перегородить ей путь к отступлению.
Ведь ростом и телосложением был раза в полтора больше нее.
— Лиан, ну постой! — начал он, выставив вперед ладони. — Я просто не так выразился, хотел в кино позвать. Переволновался малеха…
Тарасов? Волновался? По поводу нее?!
Еще и в кино хотел позвать. Он адресом не ошибся? У него ж такие крали — не чета ей, сам хвалился при первой же встрече, забыл, что ли?
Его предложение прозвучало для Лианы странно и не слишком правдоподобно.
