Вы не будете спорить, если первой это сделает герцогиня Катринская?
В ее руках откуда-то возник мешок — оказывается, его тащила Ноэмия.
— Ой, я!
— Нет, я первая хочу погладить дракона!
Амара прошла вперед, прямо к каменному бортику озера. Было видно, что она отчаянно трусит, но не хочет этого показать.
Женщина развязала тесёмки мешка и резким движением вывалила на бортик его содержимое.
Это был морской котик!
Необыкновенно милый и пушистый котик с забавной мордахой и огромными глазами.
Он испуганно замяукал, а Амара пихнула его ногой, пытаясь сбросить в озеро.
— Сейчас-сейчас, Дэйганчик покушает, а потом будет добреньким-предобреньким, — с любезной улыбкой пояснила она другим дамам и фальшиво позвала. — Дэйган, Дэйган, лапуля, ты где? Я принесла тебе поку-у-у-шать! Покажись нам скорее…
Озеро было немо. Лишь только клубился над водой пар, которого, кажется, стало больше.
— Ой, леди, Дэйган у нас такой озорник. Любит играть в прятки… Дэйган, ну где же ты, шалун?
В этот момент я четко осознала, какую смертельно опасную глупость она затеяла.
Дракона не удовлетворит один только морской котик. Он сожрет его в один укус, а потом примется за остальных!
— Ну, и где обещанный дракон? — заныл кто-то.
Дамочки расслабились и тоже прогулочный шагом подошли к воде.
А зря!
Дракон был там, под паром и гладью воды. И он был готов их сожрать.
Понятия не имею, откуда я это знала.
Бедный морской котик был обречен. Амара притащила его сюда исключительно, как корм, надеясь задобрить дракона.
Это было полное безрассудство, и все-таки я не могла смотреть, как гибнет живое существо.
Просто так, из-за прихоти какой-то самонадеянной дуры!
— Ты — конченая идиотка! — это я крикнула Амаре, а вот это уже остальным. — Убирайтесь отсюда, убирайтесь живо, курицы безмозглые!
И бросившись к каменному парапету озера, схватила котика, крепко прижав к груди.
Было так тихо…
Страшно, оглушительно тихо.
Только клубился над озером пар, да вода поблескивала, как слюда…
— Глупая, сумасшедшая Виола, — громко рассмеялся кто-то.
ГЛАВА 44
Неужели они не понимают? Никакого инстинкта самосохранения!
А еще называют меня тупой, как пробка!
Не понимают, не чувствуют — сейчас должно произойти нечто ужасное.
Я пятилась, но делала это очень, очень медленно и осторожно, словно канатоходец по тоненькой ниточке.
Буквально физически ощущала, чуяла — под водой что-то происходило.
