— А ты, вон отсюда! Но запомни — мы с тобой еще не закончили…
Я стиснула расхристанное на груди платье, и выскочила из кабинета мужа, как фурия. При этом, когда проходила мимо Баббинга, то он слегка поклонился и поприветствовал меня: «Леди Фрейзер». Как ни в чем не бывало!
Наверное, в этом была издевка.
Дверь за собой намеренно прикрыла неплотно, и тут же приникла к щели.
— Прости, что нарушил твою идиллию с женой, Грэм, но это не может ждать! — взволнованно воскликнул Баббинг.
— Это была далеко не идиллия. Я собирался прибить ее на месте, — скривился муж. — Так что у тебя?
— Со стороны выглядело наоборот. Даже странно, ведь ты всегда говорил, что Виола тебя не возбуждает. Ладно-ладно, умолкаю. Новость действительно важная. И тревожная. Наши морские разведчики доложили, что королева морелюдов Коралия неделю назад родила сына! Сведенья точны!
— Значит, это все-таки были не слухи. Коралия сохранила семя своего погибшего короля Паланта и смогла каким-то образом забеременеть, — медленно проговорил Грэм.
— Будущий русалочий царь… Он повысит уровень их магии. Дети русалок очень быстро взрослеют — скоро он войдет в силу. Ты понимаешь, что это значит?
— Что они снова, как и семь лет назад, когда был жив их король Палант, будут отращивать себе ноги, вылезать на сушу и пожирать людей, — вздохнул Баббинг.
— Паланта я убил своими собственными руками. И его сына я тоже уничтожу, — в голосе Грэма прозвучала сталь.
— Отдай приказ найти его, и во что бы то ни стало доставить ко мне живым.
— Живым?
— Именно. Возможно, на этот раз мне удастся положить конец всему русалочьему роду. Если долгожданный сын Коралии окажется в моих руках, она пойдет на все, чтобы его вернуть. Даже на перемирие… На наших условиях. Перемирие, которое раз и навсегда обеспечит полную безопасность гражданам Селендории как на суше, так и в воде. Если же она не пойдет на это, ее ребенка ждет та же участь, что и его отца.
Я не видела Грэма, но хорошо представила, как по его губам скользнула зловещая ухмылка.
— Ты представляешь, как Коралия стережет свое единственное долгожданное дитя, друг мой?
— Разумеется, представляю. Но ты же помнишь, кто я…
— Дракон. Самый могущественный, коварный и жестокий дракон, из всех кого я знаю!
— Так что собирайся, Фридрих. У нас намечается большая рыбалка.
