Вы некоторое время были под действием руны мрака, а это не шутки…
У меня действительно закружилась голова, а то место, где когда-то был шрам смазанной руны мрака, прострелила острая боль.
Однако я успокоился и позволил себя осмотреть только, когда мне сказали, что Дэйган будет жить и совсем скоро очнется.
Но пока целитель хлопотал вокруг меня со своими диагностическими рунами, ищущими следы мрака на моем организме, я думал совсем не о том.
Дэйгана отравили не просто так.
На моем поместье и на пещере Дэйгана лежат очень сильные защитные руны.
Взломать их невозможно, только если…
Только если их не знать.
А знают эти руны работники поместья.
Или бывшие работники…
Кое-кто из моих бывших, кстати, может держать зло на меня и на Виолетту…
Виолетта.
Что, если покушение на моего дракона было организовано, чтобы отвлечь меня от главного?
— Немедленно доставьте мне мою бывшую жену! — отрывисто велел я адьютанту. — Нет! Я сам за ней поеду!
И накинул китель.
Но, едва я выехал на улицу, скача во весь отпор, под копыта лошади бросилась Присси.
С огромным трудом мне удалось осадить коня.
— Господин адмирал, беда! — со слезами в голосе воскликнула девушка. — Наша госпожа… Она пропала!
Значит, отравление Дэйгана все-таки было отвлекающим маневром. Похищение Виолетты спланировали заранее.
Я проследил весь ее сегодняшний маршрут — последним Виолетту видел архитектор, но его опрос не дал результата.
Запустив несколько поисковых рун, я вернулся обратно в поместье ни с чем…
ГЛАВА 105
Запустив несколько поисковых рун, я вернулся обратно в поместье ни с чем.
Чутье подсказывало, что исчезновение Виолетты — дело рук Амары. Скорее всего, ей кто-то помог.
Я хотел найти Виолетту по горячим следам, поэтому отправил на поиски старой ведьмы капитана Баббинга, который только вернулся из дальней поездки, и слегка ошалел от моих новостей.
И от того, что ему снова пришлось отправиться в путь.
Но он был моим другом, поэтому я знал, что он все сделает, как надо.
Никто быстрее Баббинга не найдет Амару и не доставит ее ко мне.
При мысли о том, что могло случиться с Виолеттой, мое сердце заходилось от страха и тревоги за нее.
Такая хрупкая, в чем-то наивная, но в то же время решительная и несгибаемая.
А я даже не могу назвать ее своей — ведь в ее сердце другой мужчина, ее муж из мира, которого переселилась в наш ее душа.
Но это не помешает мне ее любить, быть рядом и оберегать всю жизнь.
