— Ну и что? — прошипел муж, и повизгивая от горячего пара, идущего из чайника, принялся доставать телефон, вернее, то что от него осталось. — Я же его на днях купил! Ты знаешь, сколько он стоит? Ты это понимаешь, тварь поганая?
Конечно же, я знала.
Я впервые видела Андрея таким.
Он матерился и обзывал меня самыми последними словами.
— Тварь поганая — это ты, Андрей."
"— А ты — олениха! Была занята своим идиотским кафе, а мне, между прочим, регулярный кекс нужен! То ты материалы выбирала, то с поставщиками встречалась, то за оборудованием ездила.
А потом, видите ли, мы устали, нам не до чего. Между прочим, мне Наташка так дает, как ты в жизни не давала!
— Вали отсюда со своим поганым телефоном. Завтра же я подаю на развод.
— Ну, уж нет, мразь. Он стоил почти двести кусков. И ты мне за него ответишь.
Чего я не ожидала — так того, что мой добрый и спокойный муж бросится на меня с кулаками.
Каким-то чудом мне удалось увернуться и выбежать на улицу, зовя на помощь.
Но, как назло, было уже около часа ночи, и обычно оживленная улица словно вымерла.
Андрей выскочил из кафе и бросился вслед за мной, выкрикивая оскорбления и жуткие угрозы.
Вот так живешь с человеком не один год, а потом вдруг оказывается, что ты совсем его не знаешь. Оказывается, что за телефон ценой в двести тысяч рублей он готов избить меня до полусмерти.
Муж преследовал меня целенаправленно. И бегал очень, очень быстро.
Свернула на другую улицу, надеясь, что там будут люди, но там, наоборот, оказался темный тупик. Глухая стенка.
Вот бы он побежал в другой проулок! Вот бы потерял мой след!
Но нет, впереди показалась темная коренастая фигура Андрея.
Да, я совершенно его не знала.
Мало того, что изменил, он поднял на меня руку!
Я изо всех сил прижалась к кирпичной кладке, мечтая провалиться через нее в какой-нибудь другой мир.
Но за моей спиной, к сожалению, была не платформа девять и три четверти.
Андрей надвигался, как маньяк в фильме ужасов…
ГЛАВА 5
Я случайно нащупала пальцами сложный угловатый символ, состоящий из прямых палок.
Он был высечен прямо на кирпиче.
Едва я к нему прикоснулась, он загорелся фиолетовым цветом.
И тут я обратила внимание, что у меня в волосах застрял лепесток фиалки от раздербаненного букета. Слишком уж неистово я им махала.
Этот лепесток почему-то тоже вдруг вспыхнул.
Свет хлынул со всех сторон, ослепляющий и яркий, как прожектор.
А когда схлынул, то я и обнаружила себя, неподвижно сидящей на кровати и слушающей разговор Грэма и Амары.
