Я взбодрюсь и начну двигаться быстрее.
Около подъезда стояла знакомая машина одного из охранников. Мужчина заметил меня и вышел. Распахнул передо мной дверь.
— Полина Аркадьевна."
"Сердце подскочило и забилось чаще. Матвей не снял охрану, что это значит? Он… не придал значения нашей ссоре?
— Здравствуйте… Виктор, — с трудом вспомнила имя. Слава богу, угадала.
— Присаживайтесь, Полина, отвезу вас в университет.
Села рядом с водителем, и мы поехали.
В голове роились самые разные мысли главная из которых была, конечно, о примирении.
Он прислал водителя, а значит, хочет помириться.
Я тоже хочу. Очень.
Если разобраться, то в том, что произошло, больше моей вины, чем его. Ведь именно я первая заговорила про разрыв. Куда в тот момент делись вся моя рассудительность и спокойствие?
Возможно, стоит попросить у него прощения? Но он с такой легкостью выгнал, сказал, чтобы я проваливала… И все же.
Нам нужно поговорить и помириться. Я… сама начну разговор.
Глава 3
ПолинаНо стоило приехать в университет и увидеть его, я поняла — нет.
Он не будет мириться.
Мы с Соней вышли из аудитории и зашагали по направлению к столовой, как увидели всю компанию мажоров во главе с Матвеем, почти в полном составе.
Я замерла на месте и дыхание начало сбиваться. Уставилась на него во все глаза. А Матвей… даже шага не замедлил, хотя прекрасно видел, что я там стою. Прошел мимо как ни в чем не бывало, лишь слегка мазнув взглядом.
Красивый, как всегда, дерзкий и независимый. В окружении свиты, которая смотрит в рот своему лидеру и ловит каждое слово.
Будто специально, чтобы продемонстрировать свою власть, проходя он бросил кому-то ленивый приказ, чтобы ему сгоняли за водой к автоматам. Выполнять этот приказ кинулось сразу несколько человек.
Я нахмурилась и отвернулась.
Он… вообще хоть немного переживал?
Стиснула Сонину руку, даже не подумав о том, что ей может быть больно.
— Полин, держись, — прошептала подруга.
Всю первую пару она меня успокаивала и теперь тоже поддерживала, как могла.
— Мы с Никитой ведь тоже прошли через ссору, Полин, а сейчас у нас все хорошо, — успокаивала она.
— То есть, не прям хорошо. Мне приходится все время одергивать себя, держать дистанцию. Но… в общем… приспосабливаемся. Но как мне было плохо до этого, Полин. Так что я очень, прям очень хорошо тебя понимаю.
— Он специально приказал сгонять ему за водой, чтобы я видела, все ему подчиняются. А они? Никакого самоуважения. Как они могут?
— Полин, он с первой встречи так себя вел.
— Да.
