— Полин, все в порядке? Ты что-то долго, и я решил, может, тебе нужна помощь?
— Матвей, как же я тебя люблю!
На моих глазах выступают слезы, и я еще сильнее прижимаюсь к нему. Свитшот Матвея быстро впитывает влагу.
— Очень люблю, просто очень-очень.
— Что здесь происходит, Полин?
Матвей смотрит за мою спину и хмурится.
— Какие-то проблемы? — произносит громко и в его голосе я ощущаю металл.
— Эээээ нннеттт, — доносится неуверенное, больше похожее на блеяние, чем на человеческий голос. Я даже не понимаю, Вике он принадлежит, или Тане.
— Тогда расходимся. И чтобы я больше не видел никого из вас рядом с моей девушкой. Всем ясно?
— Ддда, да, конечно.
— Все, все свободны.
И мне, уже другим, совсем-совсем другим тоном.
— Пойдем, Полин?
— Да, пойдем.
Он обнимает за плечи и вот так, обнявшись, под взглядами окружающих мы выходим на улицу. Спускаемся по ступенькам и подходим к машине Матвея.
Я не удерживаюсь и оборачиваюсь, смотрю на вход в здание. Все девицы высыпали на улицу и теперь молча наблюдают за нами.
— Что им было нужно от тебя? — спрашивает Матвей.
— Ничего. То есть, я сказала им, еще тогда, когда ты приезжал в первый раз, что мы с тобой встречаемся и из-за этого они хорошо ко мне относились. Все просили, чтобы пригласила тебя на вечеринку. А потом… узнали, что мы не вместе и вот… решили… прояснить этот вопрос.
— Мы вместе.
— Да.
— Иди ко мне.
— Матвей, я…
Но он целует, не обращая никакого внимания на мое сопротивление.
— Вместе, Полина, — произносит, едва оторвавшись от меня, — и пусть об этом знают и видят все желающие.
Я не собираюсь скрывать.
Еще раз бросаю взгляд на ступеньки, и вижу, что девицы находятся в каком-то трансе. Смотрят на нас не мигая. Если у кого-то и были сомнения, теперь их точно нет.
Губы Матвея оказываются на моей щеке. Нежно прикасаются, а потом перемещаются к уху.
— Ну что, теперь в клуб?
— Да.
Мы загружаемся в машину и едем.
В клубе нам приходится провести что-то около часа. Матвей идет со мной и не отходит, буквально, ни на шаг, хотя поводов для волнения нет.
Семен здесь больше не работает, так как находится сейчас под стражей. Единственное, когда уже собираемся уходить, отходит немного в сторону, давая переговорить с приятельницей.
— Представляешь, с этими боями такая шумиха поднялась, — сообщает Лена, — жаль, что ты не увидела.
— Ничего страшного.
— А вообще жалко, что ты уходишь. Мы с тобой вроде как подружились.
— Не могу остаться. Помирилась со своим парнем и теперь мы будем жить у него.
