Но вдруг?
Все трое начинают перебрасываться фразами, но я не могу расслышать, о чем конкретно идет разговор.
Не могу расслышать, но только не проходит и минуты, как разгневанные девицы несутся к машине, на которой приехали. Лица их пылают, а взгляды метают молнии.
— Нет, ты слышала! — восклицает одна.
— Хам, он просто… я даже не знаю, как назвать! — восклицает вторая.
Девицы загружаются в машину и через несколько секунд «Хонда» скрывается из вида."
"Я стою посреди улицы и не знаю, что мне делать дальше.
Привычная тупая боль готова ворваться в мой мозг, чтобы потом мучить, снова и снова, как делала это все последнее время.
Я приехала к Матвею, пересилила себя, и снова какие-то девушки вокруг него. Но он ведь их послал, это было ясно по их поведению. Значит, он чем-то сильно занят. Логично, что и меня пошлет подальше. Со словами, что я одна из них, чтобы придать ускорения.
А я, конечно же, буду одной из них, если начну обивать порог его дома.
Разворачиваюсь и спешу по тротуару, все дальше и дальше удаляясь от дома Матвея.
Поговорю с ним, но не сегодня.
Мимо проезжает такси, я ловлю его, устраиваюсь в салоне и прошу водителя отвезти меня домой.
— Пятьсот, — произносит водитель и я киваю.
— Хорошо.
Машина начинает движение, а я вдруг понимаю, что делаю совершенно не то, что должна и хотела.
— Вот, возьмите.
Сую ему половину денег, выбираюсь на воздух и чуть ли не бегом возвращаюсь обратно.
Я обещала Андрею, а главное, самой себе, что поговорю с ним и я это сделаю.
Неважно, пусть он даже не пустит на порог. Хватит уже откладывать.
Добегаю до двери и поскорее, пока не передумала, жду кнопку домофона.
Жду и выравниваю дыхание.
Выравниваю дыхание и жду.
Тем девушкам он вначале тоже не открывал. Значит, нужно быть настойчивее.
Снова давлю на кнопку и снова замираю. Ну, давай уже. Иначе вся моя решимость сдуется, словно воздушный шар, и я еще долго не смогу решиться.
Ну же.
А вдруг он думает, что это снова они?
Черт, как неудобно.
Пожалуй, я не вовремя и будет лучше в другой раз…
Дверь открывается внезапно, так что я вздрагиваю и еле заставляю себя устоять на месте.
Матвей замирает и несколько секунд смотрит на меня пристальным взглядом.
— Полина, — произносит, наконец.
— Матвей, привет. Я…
Ну же, ну, ну.
Выдыхаю и…
— Нам нужно поговорить, — произношу быстро.
А дальше не дышу. Нервы так натянуты, что вот-вот лопнут и тогда я не знаю, что со мной будет.
Матвей молчит.
