Пока не сменил дворец на дом дю Трамбле, в котором не было никаких магических купален, и одежду стирали и чистили руками, и посуду мыли тоже – когда хорошо, а когда и не очень. В итоге с отцом он тоже не ужился и отправился служить вместе с принцем Франсуа. Я просила его присылать весточки… конечно же, он этого не делал. Но принц связывался с отцом, и по требованию отца рассказывал об Эжене – а король передавал мне. И я была благодарна за это.
А потом Эжен собрался жениться – на младшей дочери графа Валиса, её сосватал ему маркиз.
От меня потребовали денег – на самостоятельное житьё молодой пары, и на подарок невесте, и строго запретили прибывать на свадьбу – потому что не место фаворитке, хоть бы и королевской, на пристойном семейном торжестве. Почему-то меня это очень обидело. Я могла бы пожаловаться королю… но не сделала этого. Воевать с собственным сыном и его новыми родичами? Не хочу и не буду. Вдруг образумится?
А вот отцу жениха я сказала кое-что из того, что думала о нём.
Что, Эжена выбрали за то, что когда-нибудь станет маркизом? Хорошо, он станет маркизом. Достаточно скоро.
Самоуверенный отец Эжена не подозревал, что я могу ударить не только словом. Он спокойно принял кубок из моих рук… и скончался от желудочной хвори через полтора месяца."
"А я была очень рада, что имею свои средства – потому что моя вдовья доля была весьма невелика. Но зато в сорок два года я оказалась свободной женщиной.
38. Женевьев. Полтора года назад
Я иногда думала – а если бы жизнь сложилась так, что мы с Луи были бы вместе официально и с самого начала? Он бы не был тогда королём, конечно же.
Потому что короли женятся не на подданных, а на принцессах. А я была бы магом… У нас были бы другие дети. И другое что-нибудь ещё. Возможно. А возможно, что и нет.
Когда его начали беспокоить боли в сердце, он отмахивался. Звал юного де ла Мотта – нового королевского целителя, приятеля принца Луи, тот снимал боль и выдавал какие-то рекомендации – которым король, конечно же, не собирался следовать.
Потому что как он может уехать на месяц в Лимей, например? И не принимать каждодневно советников и министров, которые знай, доносили – ваше величество, нужно что-то менять. Хотя бы – понемногу и постепенно. Почти все так говорили, исключение составлял государственный канцлер кардинал Фету, он был согласен с королём в том вопросе, что менять не следует ничего.
