«Как-то неправильно началась моя жизнь в академии, нужно сворачивать с этого пути и вставать на более спокойный и менее приметный!»"
"Я решила, что буду сторониться всех, буду безликой тенью, до которой никому нет дела, но потом в голове всплыли мысли, а получится ли? Не поздно ли думать о таком? Адэлла, Хион… Эта парочка пострадала из-за меня. И пусть они полезли первые, но задета их гордость, а такие люди, как дети маркиза, не успокоятся, пока не сравняют меня с землей.
После завершения занятий, я решила сходить в столовую, чтобы хоть чем-то перекусить, ведь с самого утра во рту даже маковой росинки не было.
– Да что вы такое несете?! – послышался истеричный девичий визг. – Мой брат натурал, ясно вам?!
– Все видели, как он мял яйца Ремису…
Громкий хохот разнесся по столовой, и я остановилась в дверях, прекрасно зная, что Хион был наказан Лиеном. Пусть это и гнусно, но вступаться за сына маркиза я не собиралась.
– Он стольких девушек к себе в постель перетаскал! – шипела Адэлла на собравшуюся толпу.
– Вот ты, например! – с гневно сжатыми губами воздушница ткнула указательным пальцем в сторону густо покрасневшей адептки. – Тебя он точно…
– Неправда! – взвизгнула она, нервно заправляя волосы за уши. – Между нами ничего не было!
– Хотя да, – скривилась Адэлла, – к такой бы он точно не подошел. Ему нравятся эффектные девушки…
– Как она, да? – усмехнулся парень, махнув рукой в мою сторону.
Я стиснула зубы, ощущая на себе множество любопытствующих взглядов.
«На кой черт я вообще пришла в столовую? Посидела бы голодом, все равно не привыкать!»
– Это ведь за нее Лиен заступился? – продолжал подливать масло в огонь все тот же адепт.
– Я бы за такую тоже заступился, – загоготал его друг.
– Да за что там заступаться? – Адэлла с видом царицы повернулась ко мне лицом, расправляя плечи и приподнимая подбородок. – Оборванка, у которой нет ни рода, ни фамилии!
Не произнеся ни слова, я, игнорируя сказанное, направилась к раздаче.
«Не буду реагировать на твою словесную грязь.
Плевать мне. Подавись ей!»
– У Лиена просто жалость взыграла, он у меня такой, – продолжала насмехаться дочь маркиза. – Вечно беспокоится о всяких шавках!
Я, закипая от негодования, под многочисленные хихиканья подхватила пакетик, намереваясь наполнить его духовыми пирожками и забрать их с собой в комнату, ведь о принятии пищи здесь не могло идти и речи.
– Эй?! Ты оглохла?! Я о тебе говорю, вообще-то! – воздушница не выдержала моего игнорирования.
