– Не дергайся, за нами наблюдают! – рыкнул он тихо, сохраняя милую улыбку на лице. – Я заключил на тебя спор и сумма довольно внушительная! Если проиграю, будешь вечно отрабатывать, ясно? Поэтому советую идти вперед и вести себя смирно!
9. Твое желание исполнено
Лиен
– Как дела? – вскинул брови Отис, который все утро пытался обсудить мое вчерашнее состояние.
– Похоже не очень, – донеслось из-за его спины, – помятый он какой-то.
Мы тут же устремили взоры на бесшумно подошедшую Эрику, стихия которой позволяла с легкостью заглушить любые звуки.
– Ты здесь откуда? – отпрянул от нее огневик, нервно прочистив горло.
– Решила хоть немного рядом с тобой постоять, – обиженно хмыкнула девушка. – Ведь ты вечно от меня шарахаешься, как от прокаженной.
– Эрика… – вздохнул Отис, вновь намереваясь прочитать девушке лекцию на тему: ""Мне не до отношений"", но был грубо прерван ехидной усмешкой.
– М-да-а, – послышался голос той, кого я ненавидел и презирал. – Как же низко ты пала, бегая за парнем.
– Ну что теперь поделать, – Эрика поправила выбившуюся прядку волос, театрально вздыхая, – если я хочу добиться его искренних чувств. Я же не ты, принуждать парня к браку…
– Что ты сказала?! – взвизгнула Адэлла, багровея лицом.
– Хватит! – холодно произнес я, хватая свою невестушку за запястье и под взгляды наблюдающих адептов утягивая ее в сторону лавочек, поближе к кустарникам.
– Лиен, помедленнее, – пыхтела магиана, едва передвигая ногами, в то время как я тянул ее все дальше, чувствуя, как в груди закипает ярость.
«Зря ты появилась мне на глаза! Сама напросилась, уж не обессудь!»
– Ай, – вскрикнула воздушница, когда я грубо дернул ее, тут же отпуская руку, отчего Адэлла повалилась на ветки кустарника.
– Радуйся, что села задницей не на боярышник! – процедил сквозь зубы, не повышая голоса.
– Злой ты какой-то, – скривила она лицо, поднимаясь и оглядывая себя на предмет царапин. – Дикий и невоспитанный, – продолжала магиана как ни в чем не бывало, по всей видимости вообще не чувствуя раскаяния за вчерашнее, – но ничего, – спокойно кивнула дочь маркиза.
– Наш брак изменит тебя в лучшую сторону.
– Хочу, чтобы ты знала, – подошел к ней ближе и, сжав двумя пальцами девичий подбородок, произнес со всем отвращением, на какое только был способен, – я тебя презираю! В моих глазах ты не более чем жаба в дорогих шмотках!
– Что? – ахнула девушка, удивленно хлопая ресницами.
