Сегодня – мясо, а завтра…
Он выразительно замолчал, позволяя Ксюше самой додуматься, что именно ее неизвестный недоброжелатель придумает завтра. И ведь заработала у нее фантазия!
– Короче, собирай шмотки. Поживешь у меня.
Вот это предложение и вовсе неожиданным стало. Ксюша прямо и не нашлась, как с ходу на него ответить.
– И псину свою возьми. Две собаки будут, – он протянул собачонку Ксюше. – Это Ленкина. В больничку с собаками нельзя, а если эта тварь скопытится, пока Ленки нет, она меня со свету живет.
Тварь была маленькой, несчастной и дрожащей."
"– Я хотел, чтоб ты за ней приглядела пару деньков. Вот и приглядишь.
С его точки зрения, все было просто и логично. Ксюша сейчас соберет вещи и отправится на его квартиру, дабы присмотреть за чужой собачкой. А то, что самой Ксюше это не по нраву, так никто не виноват.
– Извините, но…
– Я не хочу ждать, когда тебе голову проломят, – ласково ответил Игнат. – И успокойся, я не собираюсь тебя… домогаться.
Вот теперь Ксюша начала думать еще и об этом.
Нет, он, конечно, не собирается… честно, не собирается, но что о ней подумают? Эллочка решит, что Ксюша решила последовать ее мудрому совету. А Виктория Павловна тотчас станет житейской мудростью с ней делиться – на тему «как правильно выйти замуж».
– Собирайся, – Игнат явно был настроен серьезно.
И Ксюша предприняла последнюю попытку:
– Ваша невеста будет против!
И точно, подсыплет она Ксюше… если не мышьяк, то слабительное, в чем тоже радости немного.
– Попсихует и успокоится.
Действительно, всего-то проблем… и вот зачем Ксюша с ним связалась? Уволил – и уволил себе, надо было ей на юга улететь, и вообще, еще не поздно куда-нибудь отправиться.
– А давайте я у подруги поживу…
– Девочка, – тон Игната стал подозрительно ласковым. – Ты, конечно, можешь и дальше тянуть кота за хвост, но дело-то серьезное. Один труп уже есть… или не один. И добавлять к ним твой… как-то не хочется. Поэтому – нравится тебе или нет, но жить ты будешь так, чтобы я тебя видел!
Замечательная просто перспектива!
Вещи Ксюша собрала быстро, в конце концов, если она что-то и забудет, то вернется.
Да и привычка сказывалась: с ее-то родителями научишься жить на «тревожном» чемоданчике.
В Игнатову машину влез и Хайд – о передержке Игнат и заикаться не стал – и блаженно развалился на заднем сиденье. Собачонка Елены, обнюхав старшего товарища, слабо тявкнула и, устроившись между его передними лапами, свернулась калачиком.
