По нашим лицам было видно, как мы счастливы от данного факта.
После этого он назвал десять фамилий и продолжил:
– У тех, кого я назвал, вечерних тренировок не будет. Старший группы, ко мне.
Глубоко вздохнув, я неохотно приблизилась.
Командор, приподняв бровь, посмотрел на меня, но комментировать не стал.
– Разбейте остальных по подгруппам в десять человек. В одной из них вы будете одиннадцатой.
– Есть, сэр.
Пока Саймак работал с терминалом, что-то настраивая, я начала быстро составлять подгруппы.
Первой я сформировала свою.
В нее вошли Кира, Джим, Григорий Лесниченко, Джеймс Смит, молодой ракш совершенно неэмоционального типа, у которого, как мне показалось за вчерашние сутки, совершенно отсутствует фильтр между мозгом и ртом. Землянин Роберт Гит, странный молодой человек, но я пока не разобрала, что в нем не так; землянин Гари Витерман, молчаливый и замкнутый, человек-загадка. Ракш Линари Тинк, всегда какой-то задумчивый и хмурый; стак Бари Гош, этакий парень с гонором, хоть и молчаливый; луниец Ориш Гетерман, тоже очень странный, хотя лунийцы все не от мира сего.
И, конечно, Курт Пайк. В общем, я собрала рядом с собой всех, на мой взгляд, проблемных гуманоидов, остальных распределила по списку.
Когда командор отошел от терминала, его уже ждала я.
– Сделали?
– Да, сэр.
– Вот и прекрасно. Ну-ка, дайте посмотреть.
Пробежав мой список глазами, он пробормотал:
– Как Ремарку удается всегда угадывать?
Посмотрев на группу, преподаватель объявил:
– Ну что, принцессы, тренировку я для вас составил.
Начнем?
Мне было понятно одно: наш преподаватель по физической подготовке настоящий садист! Его программа тренировки состояла в общем-то из обычных упражнений, но их порядок и интенсивность просто убивали. В первый час тренировки я думала, что мне плохо, во второй час поняла, что раньше плохо не было, а плохо стало сейчас. Когда пошел третий час интенсивных занятий, я умирала, а к концу четвертого – еле могла передвигать ногами. В глазах моей группы даже появилась жалость, так ужасно я сейчас выглядела.
Но вот настал момент, когда я услышала:
– Ну что, никчемные, ваша утренняя разминка закончена.
Ра-ра-ра-зми-нка… С выпученными глазами я упала на пол.
– Мельник, что это вы делаете на полу? Сдались и решили идти писать заявление на отчисление?
– Нет, сэр. Я отдыхаю.
– Что значит отдыхаете? У вас следующая лекция через пятнадцать минут, а она отдыхает. Все, пришли в себя и потопали отсюда.
Еле-еле поднявшись, мне пришлось идти учиться дальше.
