И как раз когда я практически позабыла о происшествии, на историю с нападением на нас… этих нехороших девушек пролился свет.
Я находилась в туалете, когда открылась дверь и кто-то зашел внутрь, потом раздались приглушенные голоса.
– Я понимаю твое волнение, – сказала девушка, и если память мне не изменяет, то это была та самая гадюка, которая устроила покушение на Киру.
Хорошо что кабинки были из высокопрочного стекла, литые от пола до потолка. Увидеть они меня не могли, но из-за этого и слышимость была минимальная.
Быстренько приведя себя в порядок, я приникла ухом к двери.
– Не понимаешь! У меня до сих пор на шеи синяки! – раздался незнакомый раздраженный голос.
Ага, значит, это ее подружка.
– А мне пришлось идти к врачу, – произнесла еще одна из них с недовольством.
Вот и вторая.
– Да, эти пигалицы оказались сильнее. Видно, не врут, что их обучают наравне с остальными. Тоже мне, командос. И что адмиралы в них нашли?
– Хорошую фигуру? Ты видела: толстых на их отделении не бывает, – ответила одна из подружек.
– В наше время их вообще нет!
– Тем ценнее, когда тебя пожирают глазами. А их пожирают.
Нас пожирают?
– И тем не менее таких мужчин, как адмирал Ремарк и адмирал Джордано, фигурой не завлечешь. Они таких не первое десятилетие видят, не говоря уже о том, что они ракши.
Вот она и причина. Банальная женская зависть и уязвленное самолюбие. Ничего нового.
– Надо что-то придумать, – продолжила свой монолог грымза.
– Смотри, Нира, нарвешься на неприятности. Лично я не собираюсь в этом участвовать.
С таким трудом сюда поступить и вылететь из-за твоих тараканов? Не хочу, – сказала, по-моему, вторая девушка.
Некоторое время в туалете стояла тишина, а потом раздался голос их подстрекательницы:
– Дело твое, но общаться с тобой я не буду.
– Как знаешь.
– Они все равно ничего не узнают."
"Решив дольше не слушать столь захватывающий разговор, я решила выйти. Все равно все, что мне хотелось узнать, я узнала.
Открыв кабинку, я прошествовала к ошеломленным из-за моего появления девушкам.
– А вот тут ты не права. Если в ближайшее время что-то случится, то я исполню то, что обещала.
– А если это будем не мы? – пробормотала самая низенькая из них, пока я мыла руки.
– Что ж, тогда вам не повезло.
– Ты не посмеешь! – прошипела в тихой ярости Нира.
Включив кран для сушки рук, я твердо ответила:
– Еще как посмею. Ты же понимаешь, что с вами мы справимся, а рассказать вы никому не сможете. Тогда всплывет ваш некрасивый поступок.
