Как раз для вас, — она беспардонно хватает меня за запястье и ведёт куда-то за собой, а я понимаю, что нигде свободного столика-то и не видать. Это очередная ловушка. — Давайте я вас провожу! У нас сегодня в меню овощи на гриле. Просто пальчики оближите! Хотите? Папа вас быстро накормит!
— Нет, я не хочу, — пытаюсь вырваться, потому что она продолжает настойчиво вести меня внутрь забегаловки. — Постойте!
9. Папа накормит
На фоне начавшегося приступа паники я уже чуть было не закатываю скандал, как вдруг женщина притормаживает резко, но не у свободного столика, о котором судачила без умолку, а у той самой двери с табличкой «только для персонала».
Она своими ярко выраженными бровями поигрывает, поглядывая то на меня, то на табличку, и вид у неё такой жизнерадостный, будто за дверью меня ждёт чудо из чудес, а не Эмир.
Оглядевшись по сторонам, женщина с проницательным взором, какие бывают только у сыщиков, вглядывается в лица посетителей. Она тщательно разведывает обстановку позади меня и, только убедившись, что никому до нас нет дела, она чуть приоткрывает дверь, за которой тьма, да и только.
С улыбкой от уха до уха она буквально заталкивает меня внутрь.
— Ваш столик, госпожа. Самый лучший, прошу заметить. Располагайтесь, не стесняйтесь! — торжественно произнеся, она захлопывает дверь с обратной стороны.
Оказавшись в тёмном помещении, первым делом я осматриваю пространство вокруг себя. Впереди виднеется серебряное сияние, отбрасывающее тусклые лучи из небольшого окошка, а за окном чьи-то ноги мельтешат туда-сюда, но так как забегаловка находится на цокольном этаже, света от уличных фонарей недостаточно для того, чтобы озарить даже такую крошечную комнатушку.
— Есть тут кто? — подаю я свой слабый голос, специально не произнося его имя вслух, а то мало ли что.
В ответ молчание.
Изо всех сил я напрягаю зрение, но вижу только сгустившийся мрак. Я предусмотрительно вынимаю руки из карманов плаща и наготове перед собой держу, чтобы в случае чего атаковать ими.
Из-за угла вдруг показывается устрашающая тень. Зловещие очертания стремительно увеличиваются в размерах и в результате перекрывают собой единственный источник света из окна. Тёмная фигура плавно надвигается в мою сторону, вынудив меня лопатками вжаться в дверь. Шагов не слышно, тем не менее я слишком остро реагирую на каждый приближающийся шаг: внутри меня что-то напрягается до натяжения, а потом с треском лопается.
