Я чувствую сумасшедшее сердцебиение и слабость. Какая же это волнующая, чувственная слабость! Она уже год не покидает меня. Я не могу поверить своему счастью, тому, что Максим жив и всё ещё здесь, рядом со мной. Поэтому могу потерпеть. В конце концов, это в жизни не главное.
Но он снова давит. Его горячие губы касаются моих, и я от бессилия хватаюсь за его плечи.
— Это важные люди, я должен восстановить свою империю, — Максим прикалывается, у него хороший бизнес, но это, конечно же, преувеличение, слава богу, мы с Саней не успели развалить его компанию.
Ибо я вообще ничего не понимала в том, что надо делать, и мне пришлось всецело довериться другу Максима.
Но он не подвёл, и мы не обанкротились. А теперь Дубовский потихонечку возвращается.
— Родной, нельзя заставлять всех этих важных людей ждать. Там и так Егор на подпевках, а если он наговорит всяких глупостей? Он простой деревенский парень. Он умеет нести чушь. Я тебя умоляю, давай уже выйдем из шкафа.
На самом деле я пытаюсь избежать близости.
Но с каждым днём это делать всё труднее. Макс крепнет и становится всё более настойчивым.
— Ну нет, Ксюшенька, тогда я не смогу обнимать тебя.
— Хватит. Максим, я серьёзно.
— Ты моя жена. И я постоянно думаю о тебе.
— Максим, ты знаешь, что такое психологическая травма?
— О да! — Целует куда попадёт, а я сопротивляюсь.
— Я в ту ночь перестала верить в справедливость окружающего мира. Пережила настоящий шок, смятение, потрясение! Я уверена, что в этом есть часть моей вины, ведь ты потратил кучу сил на меня, понервничал, я испытываю растерянность.
— Понимаю, милая, я всё понимаю.
Мужские руки опускаются ниже, и я закрываю глаза."
"Конечно же, я ласкала своего мужа, чтобы облегчить его состояние. Я помогала ему избавиться от присущего мужчине дискомфорта, даже когда мы ещё не покинули стены реабилитационной клиники. Как только ему стало немного лучше, я, оставшись с ним наедине, исцеловала его с ног до головы, чтобы подарить положительные эмоции и выразить то, как я счастлива, что он вернулся ко мне.
Но тут другое! На это требуется больше сил и эмоций. Вдруг подскочит внутричерепное давление?
Полноценно мы так и не принадлежали друг другу, потому как я боюсь, что это причинит ему травму. А вдруг опять?!
— Эти дядьки в костюмах пришли в наш дом. Мы должны их встретить.
— Лучше бы мы остались вдвоём.
— Нет, слишком рано. Надо ещё подождать!
— Рано?! Ксюшенька, я тебя всю жизнь ждал, а ты говоришь рано.
