Известно ли тебе такое слово, как «госзакупки»?
Его действия настолько приятны, что мне неизвестно сейчас ни одно слово в принципе. И я ведь скучала, ждала и благодарна ему за всё, что он сделал, поэтому, отмерев, обхватываю руками его шею и, перебирая волосы, продолжаю ругаться, обнявшись.
— Я не пойду замуж за вруна, гуляку и преступника. Мне будет куда проще докопаться до истины, если ты перестанешь целовать меня.
— Не могу. Так мы не договаривались! Я готов притворяться твоим мужем только при условии, что мы будем целоваться в губы.
— В чём тогда притворство?
— Ну не знаю. Мы не делали вместе ремонт, не ругались возле витрины с колбасой.
Максим смеётся.
— Так вот, госзакупки, Ксюшенька... — Проводит губами по шее снова и снова, мешая мне избавиться от сопутствующего ему опъянения, — ...это система, с помощью которой государственные компании ищут поставщиков товаров, работ и услуг. Причём закупки любого масштаба — от канцелярских кнопок до постройки стадионов.
— И какое отношение это имеет к тому, что ты собрался на мне жениться?
Он жарко выдыхает мне в ушко и сжимает крепче, при этом вдавливает в себя и страстно трётся подбородком. Затем снова находит губы и впивается поцелуем. На секундочку приоткрываю глаза и сквозь сомкнутые ресницы вижу, с каким наслаждением Дубовский ласкает меня.
— Ты где был? Виолетта сказала, что обычно такие, как ты, имеют по три семьи и несколько жён. Ты ездил разбираться с другими своими женщинами? — бурчу ему в рот.
— Я с тобой-то едва справляюсь, Ксюшенька, куда мне другие женщины? Ругаться по несколько раз в день с разными жёнами? Уволь.
Я с трудом держусь на ногах, но, когда он делает перерыв на воздух, замечаю, что в здании отодвинуты шторы. Все работники с восторгом за нами наблюдают!
— Послушай меня, Максим, давай поговорим серьёзно! Расскажи мне, кто ты и зачем тебе фиктивный брак?
— Ладно. — Ловко прогуливаясь пальцами по позвоночнику, вызывает новую жаркую пульсацию во всём теле.
— Я же тебе объясняю, Ксюшенька, что моими заказчиками выступают федеральные, территориальные и муниципальные предприятия. Обычно это полностью государственные учреждения или органы власти, ну иногда организации с частичным участием государственного капитала. Поэтому, когда я сообщил некоторым своим коллегам, что на нас наезжает хамло Афанасий из Большевика, они мне сразу же помогли. Потому что своих не бросают.
