И надежда сразу сменяется огромным разочарованием.
— Добрый день, хозяйка. Мужик твой где? Мы его тачку нашли.
Не могу сдержать горести и злости и отвечаю не так любезно, как следует общаться с представителями закона. Хотела бы я знать, где мой мужик.
И мой ли он вообще.
— Добрый. По делам уехал.
Это та самая машина, которую Афанасий вместе с братом эвакуировали в неизвестном направлении.
Здоровый внедорожник игриво блестит покатыми боками, а я от чувства неудовлетворенности и обиды не знаю, куда себя деть.
Не глядя поправляю шлёпки, засовывая ступни глубже.
— Машину тут оставлю.
— Как хочешь.
— Эй, на ней ни царапины, Акимова, учти это. Чтобы без претензий. Цени нашу доброту, Ксения.
— Ценю.
— Тогда до встречи. И постарайтесь убрать машину с дороги. Пусть закатит её в гараж твоего бати. Не надо, чтобы она тут постоянно маячила. Местных только раздражает.
Кивнув, закрываю калитку.
И тут же натыкаюсь на раскрасневшуюся Виолетту, которая буквально лезет посмотреть, кто там приехал.
— Это Максим?! Это он вернулся? Может, ему помочь надо? Там всё в порядке?
Замечаю её свеженамазанный красный рот и не могу не усмехнуться.
Неугомонная бешеная баба.
Михайловне это тоже не нравится:
— Виолетта, в твою миску уже муравьи заползают, а ну-ка брысь в свой дом! — грозит ей палкой.
А я так расстроилась, что это не Максим, аж света белого не вижу.
Сажусь на старенькую лавочку у дома, откидываюсь на бревенчатую стену.
Ко мне подбегают девочки. Ника и Ася садятся по обе стороны от меня и берут мои руки в свои маленькие ладошки.
Вот чему надо радоваться! У меня есть девочки, а дети — это счастье. К тому же всё только к лучшему, вот уже и дом с землёй отбирать не станут, в скором времени начну работать в столовой, буду потихонечку развивать новую пасеку. Всё будет хорошо. И без Дубовского.
— Мама, как же я рада, что дядя-курьер тебя у нас не заберёт.
Заберёт?! Дети такие милые. Усмехаюсь сквозь горечь внутри.
— Да, — продолжает разглагольствовать Ася, — он делает вкусные блины, но всё время пытается тебя обнимать.
Не надо нам этого. Мы втроём будем жить."
"— Маме нужен мужик, иначе мама будет злой, — влезает со своими совершенно ненужными комментариями Виолетта.
— Мама не злая, у неё есть мы, — топнув ножкой, спорит старшая. — И мы её больше любим, чем какой-то там курьер.
Меня охватывает непроходимая печаль. Лучше бы они поскорее перестали говорить о нём.
И тут совершенно неожиданно через забор перелезает сын Виолетты.
