Она-то знать не знала ни про какую королеву Аделаиду, и про матушку Элеонору тоже.
- Веер – я понимаю, - по-деловому кивнул Валентин. – Строго говоря, он никогда не принадлежал этому дому, он здесь только хранился. И раз вы, госпожа Анна, знаете о нём, то сможете и забрать. Если будет на то воля госпожи Маргариты. А про ножницы и я не знаю.
- Они… должны быть где-то здесь, - сказала госпожа Фонтен. – И если бы мы нашли их – то это бы изрядно облегчило мне работу.
- И как они выглядят, эти ваши ножницы? Размер, цвет? – хмуро поинтересовалась Рита.
Может быть, они ей и не нужны вовсе, эти ножницы, но попробуйте-ка, убедите фондовика отдать что-нибудь, что он уже подгрёб себе своими загребущими ручками! Или хотя бы решил, что подгрёб.
- Золотые, не более ладони в длину, - ответила госпожа Фонтен.
Рита задумалась.
С одной стороны, ещё пять дней назад она и знать не знала об этом доме, а о ножницах услышала вообще вот только что. И почему же её скребёт ощущение неправильности происходящего?
- Понимаете, госпожа Фонтен, и ты, Валя, тоже.
Мне сложно распоряжаться предметами, которые все считают моими, но я сама их и в руках-то не держала ни разу, - сказала она. – Мне никто не дал описи всего, что содержится в доме. Что это, для чего служит, когда бытовало, почему вышло из употребления. Как попало в дом, кому принадлежало. Возможно, имея все эти сведения, я бы смогла более правильно распорядиться всем тем, что оказалось в сфере моей ответственности. Но пока я главным образом мою и чищу, и моя главная мысль о том, что я мою недостаточно чисто и шевелюсь недостаточно быстро.
И вот ещё один довод, подтверждающий то, что я шевелюсь недостаточно быстро – по-хорошему, мне нужно знать больше обо всём том, что есть в доме. Потому что приходят люди, которые знают больше, и что-то хотят. Они хотят не просто так, а в уплату за большой объём работы для меня же, но – простите меня все, я совершенно не уверена в том, что оплата соответствует работе, и работа – оплате. Я не представляю, что это должны быть за предметы, ради обладания которыми я возьмусь шить кому-то кучу вещей.
Или реставрировать, или ещё что-нибудь делать. Поэтому вам, госпожа Фонтен, придётся объяснить. И тебе, кошак драный, тоже придётся объяснить. Я уже встряла один раз с господином графом, больше не хочу.
- Я попытаюсь объяснить, госпожа Маргарита, - сказал кот.
А госпожа Фонтен всё это время внимательно слушала и очень серьёзно смотрела.
- Да уж, попытайся, - усмехнулась Рита.
