Тьфу ты, да что ж такое-то, как с этим всем управляться-то!
Она зажмурилась и представила, как бы здорово здесь было, если бы вдруг стало светло – как в ванной дома. Но дома-то она не так давно повесила светодиодный светильник, а здесь-то что может быть, чтоб такое же яркое? Здесь же электричества-то нет, допотопия какая-то! Поэтому… самое яркое, что только можно. Вся умывальная посуда блестит. И позолота на горшке тоже блестит. И что там ещё. Окно, например. Чистое. В нём светильники отражаются…"
"Яркий свет резанул даже по закрытым глазам.
Рита аккуратно приоткрыла их – мамочки!
Под потолком висели и переливались два десятка светящихся шариков. И они были изрядно ярче той светодиодной лампы дома! Посуда сверкала, зеркало на стене сверкало тоже, а было оно там раньше или же нет, Рита не помнила. Могла не заметить.
Вот так. Что ли нужно представить? И будет? А если водопровод представить, с краном? Ладно, это потом.
Она помыла руки и лицо, и горшок тоже пригодился. И уходя, громко сказала:
- Спасибо. Можно выключать, я ухожу.
И решительно шагнула к двери, а свет за её спиной послушно погас.
В гостиной Валентин поджидал Риту за накрытым столом. И что же? На блюде под крышкой лежали котлеты и картофельное пюре – с ямкой посередине, и в ней – растопленное масло. И салат – как она заказывала, и ещё отдельно на блюдце тонко нарезанные огурцы и редиска. И серебряная солонка с крошечной ложечкой рядом – мол, если надо. Графин с водой, графин с вином. Стаканы, бокалы. Вилки, ножи. И заварник – с лиловыми цветочками, и такие же чайные пары.
И горка песочного печенья на тарелочке.
- Праздник живота, - выдохнула Рита, садясь за стол.
Давно уже она не ела так вкусно, да ещё чтоб не самой готовить. Красота какая! А когда они с Валентином съели всю еду, то в большом чайнике сама собой закипела вода. Валентин заварил чай – листья лежали в ситечке внутри заварочного чайника, и там же – листики чабреца и мяты. Всё, как она просила!
После такого чудесного ужина оставалось только пойти спать.
- Кысь полосатый, а спишь-то ты где? – спросила Рита.
- Да где придётся, - вздохнул тот. – Клубком свернусь, и ладно.
- Если клубком, - она строго оглядела его, - то приходи ко мне под бок, как я улягусь. Всегда мечтала, чтоб кот под боком спал.
Правда, в спальне возникла трудность – спать в платье ещё раз Рите не хотелось, а ничего другого у неё с собой не было. А приличной одежды они нигде во время осмотра сегодня не встретили. Эх, просто майку бы какую, и то хлеб.
