- Благодарю вас, госпожа Анна. Это оказалось… неожиданно.
- Это правильно и потому будет сделано, - непререкаемо произнесла госпожа Анна. – Я сделаю вам ещё пару лифов к уже готовым юбкам и бальное платье. Вы ведь когда-нибудь приведёте в порядок бальную залу, и дадите бал. А я с удовольствием на это погляжу.
- Это, знаете, непросто, - и Рита взялась рассказывать о графе и его инициативах.
Госпожа Анна велела Луизе нести ещё кофе и под тот кофе внимательно всё выслушала.
- Господин граф порадовал меня, - сообщила она в конце.
– Не думала, что он может быть гибким и соображающим. А раз может – то ему призовой балл. Молодец. Не отказывайтесь, дорогая Маргарита. Честно, я не знаю, что выйдет из такого союза, из спора вот ничего особого не вышло. Но пробовать нужно – потому что вы оба связаны магическим обещанием, а это серьёзно, хоть ни один из вас и не маг. Я желаю вам удачи, дорогая моя. А теперь садитесь поудобнее, и послушайте меня.
- Что-то ещё? – нахмурилась Рита.
- Именно так, - улыбнулась старая дама.
– Так вышло, что мне выпало хранить городской дом Гийома Бодуана после смерти брата. И я очень рада передать, наконец, это имущество вам. Валентин не ошибся и подобрал достойную владелицу – и раз уж у меня в городе вдруг объявились какие-то недруги, то передать вам имущество нужно как можно скорее.
Вот так. Информация о доме время от времени всплывала, но – тут же забывалась, не до неё было. А дом-то есть, и, судя по всему, находится где-то поблизости.
- И… вы знаете, где находится этот дом? – осторожно спросила Рита.
- Да, по соседству. И мы сейчас туда отправимся.
Госпожа Анна крикнула своей Луизе, что выйдет ненадолго, нет, её сопровождать не нужно, она с Валентином и Маргаритой. И кивнула им обоим – следовать за ней.
Они вышли в садик, располагавшийся позади дома, прошли через него, и оказались возле увитого диким виноградом кирпичного забора. Что было за тем забором, Рите никак не удавалось рассмотреть, как она ни старалась, хоть он был и не слишком высоким. Анна взмахнула свободной рукой, которой не опиралась на трость, и в стене прорисовалась – вот прямо прорисовалась – деревянная дверца, которая со скрипом, но отворилась от прикосновения руки.
Анна прошла сама и пригласила Риту с Валентином следовать за ней.
Они вошли, дверца закрылась за ними сама. Рита обнаружила себя стоящей на вымощенной кирпичом дорожке, по обе стороны которой тянулись кусты – разросшиеся, закрывающие всё, что только можно. Дорожка заворачивала… куда-то.
