- Стоит на крыльце, бедняга, с ноги на ногу переминается. Снова пришёл порталом, но в дом-то его никакой портал не пустит!
Хорошо-то как, что никакой портал не пустит, думала Рита, спускаясь вниз вместе с графом. На крыльце и впрямь стоял Дюваль – бодрый, подтянутый, улыбающийся. Он раскланялся с графом, приветствовал Риту и подмигнул Валентину.
- Госпожа Маргарита, благодарю, что не отказались встретиться со мной, - сказал он, дождавшись, пока экипаж графа исчезнет за поворотом дороги.
- Не благодарите, - кисло усмехнулась Рита.
– Вдруг не поможет?
- Не исключаю, - он тоже усмехнулся. – Но всё же задам пару вопросов.
- Идёмте, - Рита открыла дверь и пригласила его внутрь.
Дальше всё повторилось – Люся, кофе, блины. Комплименты выпечке.
- Рассказывайте, что вам нужно, господин Дюваль, - попросила Рита.
- Мне нужно понять, что происходит в этом замечательном городке, - он улыбнулся совершенно открыто и как будто без задней мысли. – Потому что тут то убивают, то пытаются убить, и всё это – совершенно не ясно, кому выгодно.
А вы ведь понимаете, что такое не будут делать, не имея какой-то очень ощутимой выгоды для себя.
- Или от отчаяния, - возразила Рита. – Не знаю, кому перешёл дорогу господин нотариус, я успела с ним разве что познакомиться. А нападение на госпожу Фонтен – это уже как-то за гранью добра и зла.
- Как вы сказали? За гранью добра и зла? – усмехнулся он. – Точно. Но вы знаете, что госпожа Фонтен перебралась в Верлен недавно, после смерти своего брата? Её могли найти из-за каких-то событий в её прошлом, их было предостаточно.
- Да какие там события, она ж портниха – божий одуванчик!
- Ваши слова сегодня хочется записывать, - он снова улыбался. – А вы знаете, что госпожа Фонтен полсотни лет прослужила придворной портнихой?
- Ничего себе, - конечно же, Рита этого не знала.
И всякие Софи Руа этого тоже не знают, раз ходят шиться к кому-то другому, вот дурочки-то! Придворная портниха, надо же! Вот почему она сшила Рите платье так быстро и так точно!
- Вот так. Наверное, вы можете себе представить, что и сколько она могла увидеть и услышать за эти годы, и сколько тайн хранит сейчас.
- Могу. Но разве что представить.
- А о том, что она – наследственный хранитель имущества Бодуанов, вы знаете? – сощурился Дюваль.
Что?
- Как вы сказали? Наследственный хранитель?
- Именно. По завещанию – да-да, тому самому завещанию.
- Постойте, но там названа какая-то совсем другая фамилия!
- Девичья фамилия госпожи Анны – ле Лье.
Точно. Ле Лье.
