Всегда говорили, что когда Эрмина выйдет замуж, то до смерти бабушки будет получать доход с поместья Зелёный Лес, а после её смерти вступит в права наследства. Другого приданого у Эрмины нет, потому что детей в семье пятеро, а отец не очень-то богат, во всяком случае – не так, как хочет показаться. За Эжени дают денежную сумму, о Мадлен пока вовсе помалкивают. А мальчиков осенью нужно отправлять в школу, и это тоже деньги.
- Что это, вы разлюбили свою самую любимую внучку? – усмехнулась маменька.
- Нет, наоборот.
Любить её я никогда не перестану, - и бабушка улыбнулась Эрмине – тепло и ласково.
- Всё, достаточно! Эрмина, ступай спать, а с утра займёшься пересмотром приданого. Софи, приглядишь за этим. Матушка, доброй вам ночи!
Под строгим взглядом отца Эрмина на ватных ногах отправилась к себе. Ой, нет, не к себе, нужно заглянуть к младшим.
Но младшие ждали-ждали, да и угомонились сами. Эрмина накрыла одеялом Мадлен, поправила подушки у близнецов. Эти простые вещи делались сами собой, без участия разума, а разум спал.
Он уснул в тот момент, когда она услышала, что отец отдаёт её графу – только бы тот взял. Как будто она какая-то бесприданница или отщепенка, или запятнала чем-то своё доброе имя, и теперь её хотят поскорее сбыть с рук!
Наверное, если бы граф хотя бы сам к ней посватался, ей бы не было так больно – но когда отец и маменька хором говорят, что пусть только заберёт? Всё настолько плохо, или они её разлюбили?
Эрмина пришла к себе, и тут же в стенку её спальни застучала Эжени.
Да, она же наказана, за то, что как-то нехорошо вела себя в доме господина Гийома. Но подарок ей всё равно подарили, интересно, почему? Нужно зайти к ней, она сама по себе стучать не перестанет и перебудит весь дом.
Эжени сидела на постели – в ночной сорочке.
- Вы все так кричали, что весь дом слышал! – сообщила она.
- Я ни слова не сказала, - пожала плечами Эрмина.
Уф, наконец-то она снова смогла говорить! А то уже было подумала, что теперь так навсегда.
- Папенька говорил за вас за всех, и бабушка тоже! Я всё слышала! Почему тебе опять всё самое лучшее? Ты, значит, будешь графиней Джилио, а я кем? Супругой докторского сына? Или сына судьи?
- Эжени, как господу будет угодно, так и станется, - вздохнула Эрмина. – Я никак не стремилась выйти замуж за графа Джилио. И сейчас не стремлюсь, если говорить по правде.
