Мы потом эти листы прямо по тем полкам разложим, и если кто-то станет брать читать – будем отмечать, кто взял и когда вернёт.
И когда (и если!) мы всё это сделаем, то хотя бы здесь у нас будет порядок.
А сама Рита пошла в кабинет, достала из стола найденную два дня назад папку с бумагами, и села читать.
Вот так, читать, вообще-то, полезно. Видимо, предыдущий хозяин был, всё же, с головой, и оставил бумаги и дела в порядке. Первым номером лежал изрядно пожелтевший документ, с заломами углов и трещинами, бумага плотная, шероховатая.
Написан чёрными чернилами, подписан красными. Дата подписания – Рита подсчитала – четыреста девяносто семь лет назад. Вот так.
В документе говорилось о том, что Гийом Бодуан приобрёл у города Верлена участок земли, вошёл таким образом в число землевладельцев общины и обязуется платить ежегодный налог на городское и окрестное обустройство. В качестве половины того налога он обязуется поддерживать в проезжем состоянии дорогу от дома до города, а также не чаще трёх раз за год оказывать городу безвозмездно магические услуги.
Оставшуюся сумму он должен выплатить наличными деньгами, каждый год не позднее, чем наступит середина лета.
Общая сумма налога, как было сказано, исчисляется одним процентом от стоимости дома, может изменяться в зависимости от состояния дома, но не может быть менее полтораста, и более пятисот франков в год. Состояние дома определяют не меньше трёх членов городского совета.
Рита отложила бумагу и задумалась. Вообще надо посмотреть, как и сколько того налога платили раньше.
Уж наверное, есть какие-то записи.
Далее шли как раз расписки – об уплате тех самых налогов, и наследники Гийома были люди аккуратные – складывали лист к листу. Насколько можно было судить на глаз – задолженности не было. Далее ещё шли документы о том, как к территории дома наследники Гийома приобретали соседние земельные участки, и – надо же – дом в городе. У неё есть дом в городе? Или уже нет? Надо спросить у паршивца Валентина, снова промолчавшего.
Далее она смотрела – два земельных участка сначала купили, потом продали. Сведений о продаже городского дома Рита не нашла.
А в самом низу лежало завещание Люсьена Бодуана – того самого. Видимо, копия того, что лежит в ратуше? Или наоборот?"
"«Я, Люсьен Бодуан, прямой потомок Гийома Бодуана, вскорости покину этот мир. Ни один из моих возможных наследников не пережил меня, и мне некому оставить и дом предка моего Гийома, и городской дом нашей семьи.
