Мой долбанный коллега, который должен был быть на моём месте, трогает своими долбанными руками мою жену!
Да что с ним не так?! Какого хрена он творит? Зачем?
Бесшумно подхожу к ним. Лукерья оцепенела и не сопротивляется. Это хорошо, учитывая, что в неё всё так же упирается пистолет Тихомирова.
Рука парня ныряет в горловой вырез женской футболки и накрывает грудь, вызывая во мне волну праведного негодования.
— Убери свои руки от моей жены!
Лукерья резко выдыхает и вскидывает на меня испуганный взгляд.
— Денис!
— Акманов!
Её тихий всхлип заглушается грубым голосом Саввы. Впрочем, его недовольство от моего появления только так и проявляется. Я рад, что он не делает глупостей. И даже убирает руки от Лукерьи. И даже отходит немного в сторону. Но только для того, чтобы показать мне, кто хозяин ситуации.
— Я выстрелю, — кивком подтверждает он мои мысли, — не сомневайся.
— Зачем тебе это? — Спрашиваю у него, медленно смещаясь в сторону.
— Денис… — Лукерья качает головой, — ты не понимаешь, он же из ФСБ!
— Заткнись, — бросает Тихомиров, снова переключая своё внимание на неё.
Я жестом показываю девушке, чтобы она молчала. Надеюсь, она понимает. Сейчас я жалею, что не поговорил с ней сразу. И только в последнюю очередь — из-за того, что правда откроется таким нелепым образом.
— Помалкивай, цыплёночек! — Говорит ей Савва. — У меня ещё есть на тебя планы. Не хотелось бы их испортить пулевым отверстием только потому, что ты такая болтушка.
"
"Я предупреждающе смотрю на Лукерью. Её глаза наполняются слезами. Я знаю, что ей очень страшно, но она должна потерпеть и дать мне возможность оттянуть время до прибытия опергруппы.
— Зачем тебе это, Савва? — Снова спрашиваю у него.
— А тебе зачем, Акманов? — Со злостью отфутболивает в мою сторону. — Как ты меня достал! Во всём успешный, всегда… Какое дело не возьми — Дениска уже преуспел и отличился со знаком плюс.
— Это наша работа…
— Чёрта с два! — Рычит он, резко подаваясь вперёд.
Дальше от Лукерьи. — Ты просто грёбанный выпендрёжник! Везде хочешь засветиться, поучаствовать. Я должен был заниматься этим делом, но ты опять влез по самые гланды!
— Это было решение Олега Владимировича, — парирую и оттесняю его в сторону. Он ведётся. — Я не хотел вести это дело. Цемский настоял.
— Конечно, он настоял! Ты же придумал идеальный план! — Савва делает шаг ближе ко мне.
