"
"Я уже подозревал, что дело окажется серьезнее и запутаннее, чем представлялось. Но я не собирался отлынивать от работы. Дальше требовалась осторожность. Я вывел машину из парковочного кармана и отправил ее дальше по Индустриальной. В этом квартале находился старый промышленный район – жилые дома практически отсутствовали. Унылые заводские корпуса, склады, гаражи. Здесь даже названия улиц говорили за себя – Электрозаводская, Промышленная. Рабочий день кончался, народ направлялся по домам. Личный транспорт в наши дни – у каждого первого, поэтому столпотворение было приличное.
Я вертел головой, выискивая знакомую «Хонду». Она растворилась в пространстве, как призрак. Теоретически я мог ошибаться, но вероятность ошибки стремилась к нулю. Город я знал, но не настолько, чтобы ориентироваться в закоулках индустриальной зоны! Я тыкался в безымянные проезды, как слепой котенок, выбирался обратно. Варвара давала советы, но лучше бы помалкивала! Выезжать обратно на проспект я не хотел, мы же не любим простых решений! В результате я сориентировался, обогнул по бездорожью гаражный кооператив, преодолел тоннель под Трикотажной и через несколько минут подъехал к зданию 12-й клинической больницы.
Часы показывали шестой час вечера.
– Ты в гонках Париж – Дакар не участвовал? – поинтересовалась Варвара.
– «КамАЗа» нет, – буркнул я. – А то бы мог.
В приемном покое было подозрительно тихо. Видимо, народ перестал болеть, или всех уже вылечили. Мы дошли сюда сравнительно беспрепятственно, предусмотрительно надев бахилы.
– Ну прямо «покойный прием», а не приемный покой, – бормотала Варвара. Она робела, держалась сзади – похоже, у девушки разболелась голова.
– «Покойный прием» – это морг? – поддержал я шутку.
– Кто из вас больной? – спросила «модная» уборщица среднеазиатской наружности. Она протирала пол навороченной шваброй и уставилась на нас весьма неласково. Неурочный час, сообразил я.
– Мы из надзирающего ведомства, – объяснил я. – Где найти заведующего неврологическим отделением?
Судя по симптомам, вчерашнего пациента могли доставить именно в это отделение.
При подозрении на эпилепсию – тоже туда.
– Там, – показала работница, – на втором этаже.
«Там» был коридор, заставленный кроватями и каталками. Мимо нужной таблички мы не прошли. «Заведующая отделением неврологии врач-невролог к.м.н. Полипова Валентина Петровна», – пространно извещала табличка. Я постучал, вошел. Терпеть не могу больницы, особенно их запах, въевшийся даже в стены.
