Он перезвонил через три минуты.
– В двух словах, если не сложно, Никита Андреевич.
– В двух не выйдет, – возразил я. – Тут такое…
– Ладно, давайте в трех.
Меня несло минут пять, он терпеливо слушал.
– Хм, я не ошибся в вас, уважаемый сыщик, – похвалил, переварив мой рассказ, собеседник. – Спасибо, что сами остались целы и сохранили Варвару Ильиничну. Я подниму вам оплату, Никита Андреевич. Оно того стоит. История с Марией Власовой очень интересна, и теперь мы понимаем, с чем были связаны проблемы в музее. Постарайтесь сохранить себя до утра в целости и сохранности, а утром приезжайте в музей, и мы решим, что делать.
Затягивать это дело не стоит, надгробие Марии Власовой должно находиться там, где ему предписано. Это место следует огородить и облагородить. Спокойной ночи, Никита Андреевич.
Сон испарился. Я глушил чай кружками, что-то жевал, курил – уже не на балконе, а в ванной (на всякий пожарный случай). Шторы были задернуты, освещение – только «дежурное». Я лежал в постели, пытался смотреть телевизор.
На каналах – фильмы-однодневки, новости, из которых затруднительно узнать правду. Кто-то пошутил: правда в этой стране – это то, что говорит и показывает Москва. На канале ТВ-3 я пробился через плотные слои рекламы, начал смотреть «научно-познавательную» передачу про ведьм, их заклятья и атрибутику, посредством которых заклятья передаются. Потом схватил в раздражении пульт, выключил телевизор к чертовой бабушке. Как только я начинал думать о событиях минувшего дня, возвращался безотчетный страх.
Грядущая ночь не прельщала. Видения из «сегодняшнего», плюс мои традиционные, связанные с защитой Родины – эта ночка обещала стать незабываемой!
Потом мой взгляд уткнулся в прозябающий без дела смартфон, подключенный к зарядке. Я задумался. Взял его, повертел, отыскал абонента в адресной книге. Время – одиннадцать вечера, спит, не спит – вопрос неясный. Мой старинный однокашник, выбравший стезю полицейского, еще не спал.
– Я на работе, – ворчливо сообщил Вадим Кривицкий. – Но пара минут есть.
Процветаешь?
– Едва хватает на безбедную жизнь, – отшутился я. – Ты баллон вчера катил: расскажи да расскажи, чем ты занимаешься в конторе у Якушина. А сегодня – тишина весь день. Пропал интерес, Вадим?
– А что ты предлагаешь? – буркнул однокашник. – Ну приезжай, дам тебе ручку и бумагу, напишешь объяснительную. На откровения потянуло, Никита? Или хочешь что-то взамен?
– Хочу, – честно признался я. – Между нами, девочками, говоря, нас сегодня чуть не убили.
