Она переехала в город, в дом мужа, но они оба были у нас частыми гостями. А когда шталь Тельм вел караван в город — свекровь возвращалась в свои комнаты в замке Трог. Они всегда ждали ее.
Все цеха и производства были вынесены из замка. Расчищен большой кусок земли и заложен сад. Там нашлось место не только плодовым деревьям, но и тенистым беседкам, небольшому пруду в низине и целому морю цветов. Фруктами из сада, по уговору, распоряжалась я сама. Из них не делали сиропы для ликеров и их не продавали. Они шли на стол для замка и работникам.
Дети работающих у нас людей тоже любят и яблоки и вишню.
Ригер, наконец-то, три года назад выкупил часть фамильных земель. Вот там, на пустых участках, брошенных арендаторами, и был разбит огромный фруктовый сад. Все плодовые деревья, способные выдержать местные морозы, были рассажены по сортам и группам. Часть фруктов, конечно, нам приходилось закупать. Сад был еще очень молод, да и не все южные капризники прижились.
Несколько полей в поместье было отведено под пряные травы.
Кое-что из пряностей мы даже продавали, такой избыток был урожая. Но некоторые, напротив, приходилось докупать. Не все дикоросы росли в неволе. Поэтому ранней весной и летом местные детишки бегали в лес и сдавали на фабрику корзины трав. Надо сказать, что таким заработком не брезговали и взрослые. Так что большая часть производства ликеров и настоек была организована, все же, на местном сырье.
Шталь Маргж разорилась, не дожидаясь окончания двухгодичного срока, что предоставил нам с ней Высокий Дом.
За все время с нами пытались конкурировать еще несколько человек. Один, я точно знаю, разорился и продал городской дом на покрытие долгов. А вот одна почтенная вдова, шталь Пренц, поняв, что не тянет конкуренцию с нами, продала дом и переехала куда-то ближе к югу. Во всяком случае сейчас ее товар появлялся в столице. Говорят, средние классы охотно покупали. Но для высокородных желтый круг с тремя черными полосками был знаком качества — поставки макарон во дворец цезуса принадлежали нам полностью! Ригер лично ездил в столицу, когда Гранду исполнилось всего полгода и подписывал договора на поставку.
На ближайшие годы мы были обеспечены высочайшим покровительством. И рекламный слоган «Наши макароны любит цезус» работал, как часы. В столицу теперь караван отправлялся каждый месяц. Шталь Тельм водил по-прежнему только два из них. Остальные — местные купцы. Но Ригер давно поговаривал о собственной службе доставки.
