Потом она помассировала ему плечи с ароматным кокосовым маслом, касаясь шрамов на теле.
— А это где случилось?
— В проходе Пестрой Газели.
Закрыв глаза, он подчинялся умелым прикосновениям ее пальцев, потому что в зенане ее учили искусству доставлять удовольствие будущему мужу.
Когда он расслабился и едва не уснул, Ясмини наклонилась вперед.
— Тебе по-прежнему щекотно здесь, Доули?
И она глубоко всунула язык ему в ухо.
Это возбудило его, и он протестующе ахнул. На его мускулистых предплечьях появились бугорки гусиной кожи, он откинулся и обхватил ее за талию.
— Тебя нужно научить должному уважению, рабыня.
Он отнес ее на постель, уложил, а сам сел верхом, прижав ей руки за головой. Какое-то время они смеялись друг другу в лицо, потом смех прекратился. Он наклонил голову и прижался ртом к ее губам. Теплые и влажные, они раскрылись, впуская его, и она прошептала:
— Я не знала, что в моем сердце может быть столько любви.
— На тебе слишком много надето, — прошептал он, и Ясмини быстро изогнула спину, чтобы помочь ему снять с нее одежду и бросить на пол.
— Невозможно выразить, как ты прекрасна, — сказал он, глядя на ее золотистое тело. — Но зажили ли твои раны?
— Полностью. Однако не верь мне на слово, господин, проверь это, к своему удовольствию… и моему тоже.
Когда ветер куси ровно и сильно задул вдоль пролива и небеса стали ослепительно голубыми, безоблачными, флотилия шейха аль-Салила отплыла из Ламу и три дня спустя причалила к Африканскому материку.
На сушу высадились солдаты под развевающимся голубым знаменем, и длинные ряды вооруженных людей и вьючных животных двинулись по дороге рабов от Берега Лихорадок в глубь материка.
Шейх ехал в первых рядах, и рядом с ним — мальчик-раб Ясси. Кое-кто замечал, с каким восторгом и преклонением смотрит мальчик на своего хозяина, и снисходительно улыбался.
* * *"
"После бегства с Занзибара Том Кортни несколько долгих месяцев исследовал побережье материка.
Он держался в стороне от арабских торговых маршрутов, избегая столкновений — на море и на суше — с арабами из Омана.
Том искал русло реки, которую Фунди, охотник на слонов, называл Лунга.
Без помощи маленького туземца они могли никогда не найти это устье, потому что оно дважды изгибалось, создавая оптическую иллюзию, так что с моря суша казалась сплошной и корабль мог пройти мимо, не подозревая о существовании устья.
Как только корабль благополучно вошел в устье, Том спустил две шлюпки.
