Лицо у Бога прекрасное, благородное и полное глубокого сочувствия. Бог поднял правую руку, благословляя, и когда он посмотрел на Дориана, глаза его были полны любовью. Дориан почувствовал, как сила Бога вливается в его тело, наделяет его душу бесконечной святостью и почитанием. Он упал на колени и собрался с этими новыми силами, чтобы крикнуть:
— Свидетельствую, что нет Господа кроме Аллаха и Мухаммад пророк его!
Прекрасное лицо Бога излучало благожелательность. Он прошел вперед, поднял Дориана на ноги, обнял и поцеловал в почерневшие, окровавленные губы.
— Сын мой! — сказал Бог, и говорил он голосом принца Абд Мухаммада аль-Малика. — Ты принял истинную веру, и это наполняет мое сердце радостью. Пророчество свершилось, и я благодарю Бога за то, что мы нашли тебя вовремя.
Дориан обвис на руках принца, и аль-Малик крикнул идущим за ним людям:
— Воды! Батула, принеси воды!
Батула выжал из губки в рот Дориану холодную сладкую воду и уложил его на носилки, припасенные на такой случай.
Десяток воинов-авамиров подняли носилки на спину вьючного верблюда.
Лежа высоко на раскачивающихся носилках, Дориан повернул голову и налитыми кровью глазами из-под распухших век увидел на равнине множество воинов племени авамир.
На фоне неба показался турецкий патруль. В облаке пыли турки остановили своих верблюдов.
Они с удивлением и ужасом смотрели на армию авамиров.
— Аллах акбар! — прокатилось по рядам воинов пустыни, и, наклонив длинные копья, всадники устремились вперед, в бой.
Турки бежали перед ними.
Дориан осел в носилках, закрыл глаза и позволил тьме поглотить его.
В колонне племени авамир, идущей по проходу Пестрой Газели, было почти шесть тысяч бойцов. На соляных равнинах за проходом врага не оказалось. Разведчики доложили, что с приближением армии принца турки бежали на север, к Маскату.
Принц аль-Малик задержался в проходе, чтобы достойно похоронить погибших здесь воинов племени соар. Дориан был слишком слаб и болен, чтобы вставать с носилок, но Батула и четверо других воинов отнесли его к могиле, и он впервые молился как мусульманин в обществе других верующих, когда они читали молитвы для мертвых.
Затем армия прошла по соляным равнинам к горьким источникам Гхайл-я-Ямин, где уже собрались воины племени соар, добавившие к войску принца три тысячи копий.
Вечером в палатку, где лежал Дориан, пришли шейхи соаров, обступили носилки и потребовали подробного рассказа о битве в проходе Пестрой Газели.
