Потом осмотрел свое лицо в зеркале на дальней стене, желая убедиться, что и в горе полностью владеет собой.
Он не хотел, чтобы Черный Билли видел его в слезах. Наконец он тронул старшего брата за плечо.
— Проснись, Билли. Отец умер.
Уильям поднял голову и сонно посмотрел на него. В тусклом свете его глаза были красными, взгляд плавал.
Потом Уильям взглянул на бледное лицо Хэла.
— Наконец все позади. — Он неловко встал и потянулся. — Клянусь Иисусом, старый разбойник не торопился. Я думал, он никогда не даст мне воли.
— Отец умер.
Тому показалось, что он не понял. Даже Черный Билли не может быть таким черствым.
— Надо позвать Рейнольдса, убедиться наверняка и побыстрей запечатать батюшку в этот новомодный гроб, чтобы не передумал.
Уильям улыбнулся собственной мрачной шутке и громко позвал врача. Тот, еще не вполне проснувшись, спотыкаясь, выбежал из гостиной. Он быстро осмотрел Хэла, наклонился к его губам, старась расслышать звуки дыхания, провел рукой под ночной сорочкой, прислушиваясь к биению сердца.
Наконец он покачал головой и посмотрел на Уильяма.
— Ваш отец действительно скончался, милорд.
Том был поражен тем, как быстро и просто это произошло. Билли теперь барон Дартмутский.
— Хотите, чтобы я занялся омовением покойника и прочими приготовлениями к погребению, милорд? — спросил Рейнольдс.
— Конечно, — ответил Уильям. — Я буду занят. Много хлопот. Придется как можно быстрей ехать в Лондон. — Он говорил скорее сам с собой, чем с Томом и Рейнольдсом. — Надо отсидеть заседание в палате лордов, потом встретиться с мастером Сэмюэлем в банке…
Он замолчал и посмотрел на Тома.
— Займись похоронами. Пора тебе отрабатывать свое содержание.
— Для меня это честь.
Том хотел пристыдить Уильяма, но тот невозмутимо продолжал:
— Тихое погребение, только члены семьи. И как можно скорей. Епископ окажет нам эту честь, если удастся достаточно долго держать его трезвым. Через неделю, — неожиданно решил он. — Подробности предоставляю тебе.
Он потянулся.
— Клянусь Господом, как я проголодался! Если понадоблюсь, я в столовой.
Приглашать на погребение братьев-рыцарей не было времени. Присутствовали только жившие поблизости граф Эксетерский с братом.
Однако плававшие с Хэлом офицеры и матросы собрались со всех уголков графства и из портов побережья.
Некоторые пешком прошли пятьдесят миль, чтобы быть здесь. Нед Тайлер, Уил Уилсон и Люк Джервис нашли себе места перед самой церковью, а простые матросы и работники заполнили церковный двор.
