Хэл повел своих людей вниз по лестнице во двор.
Здесь он на мгновение остановился и взглянул на раздутое тело, свисающее с веревки. Грей висел прямо над рыбным садком.
Хэл достал из-под плаща приготовленный накануне вечером пергамент и протянул Аболи.
— Повесь ему на шею.
Аболи взобрался на бортик фонтана и накинул на шею Грею шнурок, прикрепленный к пергаменту. Объявление Хэла было написано по-английски и по-арабски.
„Подвергнутый суду и признанный повинным в пиратстве на море и сговоре с пиратом, известным как аль-Ауф, Уильям Грей, обвиняемый, приговорен к смерти через повешение.
Приговор приведен в исполнение мною, Генри Кортни, согласно полномочиям, предоставленным мне его величеством королем Уильямом“.
Том стоял рядом с отцом и вслух читал арабский текст объявления. Дойдя до конца, он сказал:
— Тут подписано „эль-Тазар“. Это значит Барракуда. Почему?
— Так меня назвали мусульмане, когда я впервые появился в этих водах.
Хэл взглянул на сына и в который раз почувствовал угрызения совести оттого, что столь молодой человек, как Том, вынужден присутствовать при этом мрачном действе.
Но потом он вспомнил, что Тому уже семнадцать, что шпагой и выстрелами из пушки он убил не одного человека. Он не ребенок и призванием и обучением подготовлен к такой тяжелой работе.
— Здесь наше дело закончено, — тихо сказал Хэл. — Возвращаемся на корабль.
Он повернулся к высокой резной двери, и Большой Дэниел сделал знак морякам, охранявшим их. Те распахнули двери.
На пороге стояла старая карга, впустившая их в дом. Улица за ней была заполнена стражниками. Их было не менее дюжины, вооруженных джезейлами и кривыми ятаганами. Едва дверь раскрылась, они начали заходить во двор.
— Посмотрите, что неверные сделали с нашим господином! — завопила старуха, увидев раскачивающееся на веревке тело Грея. — Убийство!
Она раскрыла беззубый рот и испустила вопль, которым арабские женщины вводят своих мужчин в убийственный гнев.
— Аллах акбар! — закричал начальник стражи.
— Бог велик!
Он вскинул джезейл к плечу и выстрелил в английских моряков. Пуля попала одному из матросов Хэла прямо в лицо, выбив множество зубов, раздробив челюсть и уйдя глубоко в голову.
Матрос вскрикнул, и Хэл сделал шаг вперед и поднял правую руку с нарезным пистолетом.
Первым же выстрелом он попал начальнику стражи в правый глаз. Глазное яблоко лопнуло, оставив пустую орбиту, и студенистая масса потекла по щеке.
