Трент закурил сигарету и посмотрел на меня при свете зажженной спички.
— Трудный денек выдался для вас, не так ли? Так уж повезло... Но если вас это не смущает, вы можете стать неоценимым моим союзником.
— Союзником?
Эта перспектива страшно смутила меня, так как я уже вступила в союз с Мерсией и Хаднаттами против него. И я почти не сомневалась, что ему об этом известно."
"— Я не прошу вас копаться в чужом грязном белье или шпионить за друзьями... Я только прошу вас держать глаза открытыми, широко открытыми.
— Хорошо, я буду держать глаза открытыми,— согласилась я и опрометчиво добавила: — Но вы ведь не предполагаете, что кто-то здесь, в Вентворте, убил Г рейс?
— У полицейских весьма нестандартное мышление, Ли Ловеринг, и хороший полицейский держит свои мысли при себе.
Он вынул из кармана небольшую записную книжку.
— Когда я работаю над делом, то всегда пользуюсь такой записной книжечкой. На левой стороне страницы записываю то, что мне известно, а справа то, чего не знаю, но что необходимо выяснить.
.. Может, вам любопытно взглянуть на записи за сегодняшний день?
Он раскрыл книжечку и протянул ее мне.
На левой страничке была одна-единственная запись:
«ИЗВЕСТНЫЕ ФАКТЫУбийца либо владеет машиной, либо имеет к ней доступ.
Он использовал ее, чтобы перевезти тело от (?) к реке.
Под подозрением все машины после двух часов ночи».
Прочитав эти строчки, я с беспокойством вспомнила про две машины, проехавшие по кампусу ночью; говорить о них Тренту я не собиралась.
Правая страничка почти целиком была заполнена.
«ФАКТЫ, КОТОРЫЕ СЛЕДУЕТ ВЫЯСНИТЬКто:
1) владелец красного плаща (женского);
2) доставил три письма Грейс;
3) получил два, пока не установленных;
4) писал Грейс множество заказных писем.
Где:
1) была в действительности убита Грейс;
2) находится меховая шубка Л. Л;
3) записная книжка Грейс;
4) была фуражка морского офицера;
5) Хаднатт получил шрам на лбу».
Я молча вернула ему записную книжку. И в это мгновение услышала едва различимый звук у себя за спиной.
Что-то прошуршало в зарослях рододендронов — как будто человек осторожно подкрадывался к нам.
Шум прекратился почти так же внезапно, как
и возник, Я взглянула на Трента: слышал ли он? Его лицо, как обычно, оставалось непроницаемым. Кивнув, он сел в свою машину, включил передние фары и направил их свет на кустарник. Затем высунулся из окошка и сказал:
— У меня для вас задание, мисс Ловеринг.
