Мы сделаем так, чтобы она доехала до Рима, и устроим ее у людей достойных.
— Благодарю вас,— обратился к нему Бассович.— Это ребенок, к которому мы очень привязаны.
Настоятель закашлялся и опустил глаза.
— Естественно... совершенно естественно,— повторил святой отец.
— А каким образом мы достигнем Неаполя?
— Вас доставит одно судно — прямо от Санта-Маргарита ди Пуло. Судно, ведомое верным человеком. Вам понадобится для этого примерно двадцать часов. Подождете в порту, когда за вами придут от имени господина Фонтини.
— Нам остается лишь поблагодарить вас, падре,— сказал Гунтер.
Маленький толстый монах благословил его.
— Пусть Господь всемогущий возьмет вас иод свою защиту! Да поможет вам Мадонна!
Джузеппина утонула в слезах, когда узнала, что должна с ними расстаться. Она рыдала, как ребенок, захлебываясь и всхлипывая.
— Я не хочу! — кричала девушка.— Я хочу остаться с вами.
— Будь благоразумна, моя милая,— уговаривал ее Бассович и неожиданно соврал: — Я женат, и у меня куча детей.
— Это мне безразлично, я люблю тебя и таким! Я люблю также синьора Гунтера, даже если он тоже женат и имеет кучу детей.
Гунтер вздохнул, гладя по голове маленькую сицилианку. Он страшно боялся женских слез и криков.
— Послушай, Джузеппина. Ты же знаешь, что нас разыскивает мафия и что мы не сможем тебя увезти. Это слишком опасно. Нужно, чтобы ты поехала в Рим. И мне необходимо, чтобы ты оказала нам одну услугу. Очень большую услугу.
Она смотрела на него покрасневшими глазами.
—Какую?
— Я оставлю тебе пакет, который ты отправишь по почте, как только окажешься в Риме.
Это очень важно.
— Я отправлю пакет,— обещала Джузеппина."
"Гунтер прошел в свою комнату, положил камни в пустую консервную банку, которую взял на кухне, прочно закрыл ее и заклеил изоляционной лентой. Потом завернул все в плотную бумагу и написал адрес резидента ЦРУ в Риме.
— Вот,— сказал Гунтер, передавая пакет девушке.— Как только ты приедешь в Рим, немедленно отправляйся на почту!
— Я сделаю это, любовь моя! — рыдала Джузеппина,.
Они отплыли ночью от укромной пристани, к которой пристали неделю назад. Синьор Бенефекто провожал их вместе с Этторе. Джузеппина настояла на том, чтобы тоже проводить их. Она не сказала ни слова во время пути и только держала в своих руках руки Гунтера и Бассовича. Она осталась стоять на берегу, пока мужчины поднимались на барку, которая должна была довезти их до рыбачьего судна, ожидающего на якоре в гавани.
— Этторе поедет с вами до Неаполя,— сказал управляющий.
