— Она уже сейчас достаточно позабавилась, когда увидела тебя, связанного, словно свинья. Так что же будет, когда она увидит, что тебя оскопили, как скотину?
— Нет! — завопил ди Натто.— Только не это!
— И она пойдет рассказывать об этом по всей Сицилии,— безжалостно добивал его словами Бассович,— и вся страна узнает, что хозяин Ларкара Рочча, Фредерико ди Натто, патрон — евнух!
Вопли ди Натто стали такими пронзительными, будто его и на самом деле оскопили. Он извивался в своих путах.
— Я вижу, что тебя не устраивает это,— сказал Бассович.
— Тогда, полагаю, ты нам расскажешь все, что знаешь об этих четверых убийцах?
Ди Натто обмяк на своем сиденье и бросил взгляд, полный ненависти и отчаяния, на Косту.
— Надеюсь, что когда придет твоя смерть, ты будешь подыхать медленно!
— Это пожелание, а не ответ! — возразил Бассович.— Итак?
Ди Натто молча кусал губы. Очень спокойно Бассович начал расстегивать брюки мэра Ларкара Рочча и задрал его рубашку.
— Нет! — заблеял ди Натто.— Я буду говорить! Я все скажу!
— Как говорят психоаналитики, мужчина испытывает невероятную привязанность к своему члену,— констатировал Бассович.
— Мы слушаем тебя, супермен!
Ди Натто начал говорить хриплым голосом, с долгими паузами, закрытыми глазами, как человек, который истощил себя слишком большими усилиями.
Глава 10
— Ну что ж,— сказал Бассович, похлопывая ди Натто по щеке,— видишь, всегда в конце концов можно сговориться. Стоит только захотеть.
Он убрал свой кольт и посмотрел на Гунтера, который присутствовал при допросе с задумчивым и отсутствующим видом.
— Интересно, правда, все, что нам сказал Фредерико?
— Очень интересно,— согласился Гунтер.
— По-моему, нам нельзя больше медлить,— сказал Коста.— Эти типы очень оперативны. Сейчас как раз время посмотреть, что происходит в Санта-Рочча.
Гунтер кивнул. У него был какой-то странный вид, будто происходящее его не касалось. Он бросил недовольный взгляд на маленького плешивого человека, привязанного к стулу и мокрого от пота, потом вышел из комнаты.
Джузеппина была на кухне. Черный кофе дымился в чашках.
— Почему он так страшно кричал? — спросила она возбужденно. Глаза ее блестели.
— Он боялся потерять кое-что, полученное в наследство от отца,— ответил Бассович.
— Что? — спросила Джузеппина.— Что это такое?
Коста наклонился к ней и сказал несколько слов на
ухо. Девушка широко раскрыла глаза, потом смущенно фыркнула, прикрыв рот рукой.
— Ай! — воскликнула она.
