Мотор становился всё громче, всё ближе. Гхан уже видел между деревьями блестящий бок машины. Наконец стало тихо. Щёлкнула дверь, открываясь, и снова закрылась. Гхан стиснул зубы. Внезапно мотор зазвучал снова, и машина потихоньку упятилась прочь по лесной дороге.
Значит, привезли. С тяжёлым сердцем Гхан встал и поковылял к дороге, осматриваясь. Никогда не знаешь в такой ситуации, на каком уровне искать подкидыша. Может быть почти с тебя ростом, а может быть малявка.
На этот раз оказался младенец. Похоже, совершенно свежий, красненький ещё, едва пуповина обрезана.
Гхан тихо выругался. Главный спец по выкармливанию новорожденных, парниша по кличке Качели, достиг совершеннолетия и свалил из приюта месяц назад и, по слухам, уже нашёл работу в столице. Император теперь даёт налоговый вычет за найм безродных… Гхан, конечно, и сам поднаторел в этом деле, но старость не радость, да и расслабился он последние несколько лет, пока Качели управлялся со всем."
"Он поднял корзинку с младенцем с земли. Тот только начинал поскрипывать, не понял ещё, что к чему.
В ногах у него приткнулся кошель. Гхан вытащил его, машинально взвесил в руке и убрал в карман. Не то чтоб много, но и немало. Папаня, видать, ремесленник или купец средней руки.
Гхан повернулся было к дому, чтобы унести ребёнка с солнцепёка и заодно поглядеть, кого бы приставить менять пелёнки, но упёрся взглядом в чью-то грудь.
Мужскую. Голую. Испещрённую узорами и завешенную золотыми украшениями. Гхан изумлённо поднял голову — и тут же снова опустил, наткнувшись на горячий взгляд Ирлика Мангуста.
— В мой месяц родился, — сказал Ирлик-хон. — Я его тут не оставлю.
— Куда ж вы его денете, Ирлик-хон? — прохрипел Гхан, непроизвольно прижимая корзинку к себе.
— Есть пара идей, — ухмыльнулся Ирлик-хон, блеснув золотыми зубами. — У меня набралось должников, кто гуйхалах отправил, а не расплатился. Вот и потрудятся.
Гхан сглотнул.
— Ирлик-хон… Ребёнку-то хуже бы не было с того… Если из-под палки…
— Зачем из-под палки? Мои подопечные ради меня готовы на подвиги.
просто пока подходящего подвига не подвернулось. А я вот и подкину. Давай, давай, не упрямься, ребёнок в семье вырастет, тебе жалко, что ли?
Младенец наконец осознал, что его окружают какие-то чужаки и включил аварийную сигнализацию. Гхан скривился.
— Мы абы кому не отдаём! — закричал поверх него Гхан.
— Тебе рекомендательное письмо, что ли, представить? — закричал в ответ Ирлик.
Ребёнок прибавил громкость.
