Крымов кивнул:
– Полностью согласен с Тимохиным.
Феофанов затушил окурок.
– Вот поэтому мы и должны придумать такой план отработки Каримова с Кабадзе, при реализации которого Кабан ушел бы от нас, не подозревая о подставе.
Тимохин сказал:
– В условиях штурма квартиры это невозможно!
Генерал протянул:
– Та-ак! Невозможно! Хорошо, давайте отрабатывать другие варианты. Допустим, мы берем Каримова и Кабана. Доставляем в наш изолятор. Оттуда побег также невозможен. Ну, думайте, думайте спецы.
Не из таких ситуаций находили выход.
Крымов предложил:
– А если попробовать быстренько перевербовать Кабана? Взять, поработать с ним как следует... хотя все это ерунда. Он, конечно, согласится работать на нас, подпишет любые бумаги, а оказавшись на свободе, тут же предупредит Тимура об опасности. Может, все же побег?
Генерал отрицательно покачал головой:
– Задерживаться в Москве Кабадзе нельзя, а организовать побег можно, лишь захватив Кабана.
Тимур наверняка уже определил ему порядок отхода, и если Кабан не вернется в назначенный срок, то горную перевалбазу бандиты прикроют. Скорей всего уйдет из Хаба-Юрта и Керим, а значит, оборвется нить, которая могла бы вывести нас на перевалочную базу. И даже если мы узнаем о местонахождении этой базы, то найдем там кучу трупов рабов. Их боевики с собой в горы не потащат.
Тимохин сказал:
– Ну тогда остается одно – каким-то образом сегодня предупредить Кабадзе об опасности.
Только в этом случае его отход будет выглядеть естественным.
Феофанов взглянул на командира группы «Орион».
– И каким это образом мы сможем предупредить его? Выйдешь на связь с Кабадзе и скажешь: проваливай, мол, как можно быстрее, иначе утром тебя возьмут на хате Каримова?
– Нет! Звонить Кабану я не собираюсь, а вот если на квартиру Каримова неожиданно заявится наш человек, то Кабадзе может повестись на подставу.
Если наш человек поведет себя с ним правильно.
Крымов взглянул на друга:
– Что, вот так заявится на хату Каримова кто-нибудь из твоих орлов и посоветует Кабану быстрей свалить из Москвы? Может, он заодно и документы ему доставит?
Тимохин поднялся:
– Погоди, Крым! Не спеши, дай подумать.
Александр прошелся по кабинету, в котором наступила тишина. И Феофанов и Крымов молчали, предоставив Тимохину возможность сосредоточиться.
