ЭТОГО он никак не ожидал. Но сумел удержать себя в руках:
– Неудачный ход, капитан! Во-первых, я не стрелял в Руслана, его завалил спецназовец, во-вторых, Абадзе-младший не пользовался бронежилетом, в этом у него не было никакой необходимости. Вот сейчас ты прокололся окончательно. И подписал себе смертный приговор.
Хотя и пытался Кабадзе говорить спокойно, но в голосе его не было уверенности.
Андрей сказал:
– Надоело мне базарить с тобой, Кабан. У тебя есть телефон, номер Руслана Абадзе известен, он не менял его, да и не мог изменить, находясь в одиночной камере специзолятора.
Позвони ему! Уверен, он выскажет немало «ласковых» слов в твой адрес.
– Вы могли посадить на телефон своего человека, а голос несложно подделать.
– Несложно! Но голос, а не подробности последних проведенных вместе минут перед твоими предательскими выстрелами и бегством. Что смотришь, позвони! Ты ничего не теряешь, если я блефую, но в моем положении блефует только идиот. А я себя таковым не считаю.
Кабадзе долго и молча смотрел в глаза капитану спецназа.
Андрей выдержал этот тяжелый взгляд. Наконец, Кабан воскликнул:
– А позвоню! Почему бы и нет? Но, учти, если соврал, то я тут же пристрелю тебя. В этой самой каюте.
– Опять пустозвонишь! Много говоришь, Кабан, дело делай, звони!
Кабадзе достал телефон, глядя в глаза Дементьева, медленно набрал номер. Голос, ответивший ему, заставил бандита вздрогнуть. Этот голос принадлежал Руслану Абадзе:
– Да? Кто звонит?
Кабан отключил телефон.
Не смог говорить. Он рывком встал, прошелся по каюте, повернулся к Дементьеву:
– Как понимаю, если я откажусь от сотрудничества, то вы сообщите Тимуру о произошедшем в реальности в усадьбе его брата и о том, что он выжил после того, как я пытался его убить, так?
– Точно! Ты правильно мыслишь. Если Тимур узнает о твоем предательстве, то... но я даже не хочу говорить об этом. Страшная картина вырисовывается. Так что, Кабан, сейчас больше всех в том, чтобы Тимур попал к нам, заинтересован ты.
Только в этом случае тебе удастся сохранить жизнь.
– Что я получу взамен сотрудничества?
– Я же уже сказал – жизнь. Хотя ты заслужил смерть.
– Это не ответ, Дементьев! Мне необходимо точно знать, что будет со мной после того, как отработаю против Абадзе. Поэтому я хотел бы переговорить с кем-нибудь из руководства спецслужбы.
Дементьев повысил голос:
– А не много ли ты хочешь? Разговаривать с тобой уполномочен я! И ты будешь договариваться со мной.
