Вспомнишь, как это и какой ты была до того, как явилась в Фересию со свадебным кортежем.
— Спасибо тебе, дорогая. И за воспоминания о прошлой жизни тоже. Привет покойному супругу… Мне хватит. Я давно превратилась в пустой сосуд, который ты наполняешь энергией. Пускай все закончится как должно.
Берта невесело рассмеялась:
— Я ведь тоже привыкла так, а не иначе. И, сама понимаешь, когда обмен оборвется… Но я мечтаю вырваться из этой клетки хотя бы ненадолго. Вдохнуть воздух, в котором нет примесей мрака, по ночам выползающего из ущелий.
Для Эдмунда эта страна была родной, не для меня.
— Так и будет. Какая ирония, что больше я не в силах ничем тебя отблагодарить, — устало заметила королева.
— Что за ерунда. Магическая связь образуется не просто так, и я обязана тебе ничуть не меньше..
Они продолжали тихо и убаюкивающе беседовать между собой. И я уже не могла различить слов… Как они разбудят меня на эту кракову свадьбу — из пушки?
Когда я снова открыла глаза, стены, пол и потолок раскачивались так, будто весь наш особняк был подвешен к небу за веревочку.
Рядом со мной на постели сидела Клавдия и протягивала кинжал.
Я не сразу нашлась, что сказать.
— Ваше Величество, что происходит? Ведь это уже было. Я приняла его у вас, а затем… Через много лет я его потеряла. О, богиня, как глупо…
Королева на глазах утрачивала плотность, превращаясь в облако тумана. В призрак, воспоминание.
— Просыпайся, Оливия. Ты нужна моим сыновьям прямо сейчас.
— Но моя королева, говорю же, кинжала у меня больше нет… Я сплю? Я не собиралась засыпать.
Просмотр воспоминаний затянулся, как в прошлый раз?
— Быстрее, княгиня. Если ты не поторопишься, произойдет катастрофа, в которой даже твой дар не поможет. Они убьют друг друга, утонув в своей ненависти. Этот день станет для Фересии последним. Погибнет более половины населения при благоприятном исходе.
Я с силой зажмурилась, а когда открыла глаза, то нашла себя в нашей с Родериком спальне в Гретхеме. Стемнело. Кто-то заботливо расправил шторы. Вот только бархатная роза больше не охраняла мой сон.
В ушах продолжал звучать голос Клавдии:
— Спаси моих детей, Оливия. Один жаждет избавления, а другой едва-едва вкусил счастья, которого, по-моему, вполне заслужил.
— Родерик…
Я понимала, что звать мужа бесполезно. Его не было в Гретхеме.
Глава 110
Родерик Конрад, несколькими часами ранее
Жена спала, уткнувшись носом в подушку. Она легонько вздрагивала. Родерик одернул руку, чтобы не погладить и тем самым не разбудить.
