Всем было понятно, что «разбирать» дом и тем более собирать вновь никто не будет.
Анна, собственница однокомнатной квартиры на седьмом этаже, каждое утро с надеждой смотрела на небо. Она одна не писала жалобы, не читала ответы чиновников и не слушала заоблачные мечтания экспертов. Она верила в одно спасение – в солнце. Окрепнут солнечные лучи, высушат землю, обманут проснувшееся болото, и этот кошмар рассеется. По крайней мере, до следующей весны.
После недели беспросветных дождей и туч, сбившихся в тяжелый и плотный потолок, Аня поймала долгожданный и робкий лучик.
Он сначала коснулся ее золотистой радужки, потом погладил прядь коротких волос. Аня облегченно вздохнула, она сразу вспомнила, каким счастьем для нее было солнце. А тут весна и начало лета – все без него. Потому так тяжело и ей, и всем. Но сейчас все наладится.
Аня даже улыбнулась. Ее круглое лицо с маленьким ртом, аккуратным носиком и ясным карим взглядом не стало бледным и больным, как у многих жильцов злополучного дома, за дни болотной оккупации.
Аня просто ничего такого не могла себе позволить. Ни апатии, ни болезненного бездействия, ни нарушенного режима питания. Аня была главной – и дома, и на работе. Это не профессия, не обязанность. Это призвание Ани – матери-одиночки и медсестры хирургического отделения районной больницы не для вип-персон, а просто для людей. Бедных и часто одиноких людей.
– Ань, – окликнула ее соседка Варвара из соседнего подъезда. – Опять ловишь солнечных зайчиков с неба?
– Уже поймала, – улыбнулась Аня.
– Вот увидишь – все будет хорошо. Как вы себя чувствуете?
– Я нормально. Игорь неважно. Не может он выносить эту вонь. Я уже пыталась брызгать освежителями, он говорит, еще хуже стало. Не ест ничего, почти не спит, стал худым, нервным. У него такое обоняние, мог бы нюхачом в парфюмерии работать, а тут такое…
– Игорь только дома не ест? – спросила Аня автоматически, как спрашивают врачи на осмотрах.
– Говорит, что и на работе в столовой тоже не может.
Его преследует этот запах везде. Даже от рекламы еды тошнит.
– Надо созвониться, – сказала Аня. – Я спрошу у наших врачей, что можно сделать. Побежала, опаздываю."
"Она бежала к автобусной остановке и думала о Варваре и ее сыне Игоре. Какие разные они люди! Он такой чуткий, впечатлительный, глубокий, довольно замкнутый. После архитектурного института его сразу взяла на работу частная фирма. Игорь у них проектирует совершенно необычные дома.
