Постепенно выучились скрывать, обманывать, изворачиваться. Вроде бы все было, а главного не хватало. Дом купили незадолго до того, как приехали вы. Стали жить в нем с оглядкой. В старом доме бывали только для виду.
– Кого я видела той ночью в окне?
– Когда случилась гроза? Савелия. Я попросила его проверить, закрыты ли окна.
– Ни разу не замечала, чтобы вы сюда заходили.
Старуха поманила ее рукой.
– Идем-ка…"
"Они спустились по лестнице. Из подвала двинулись в коридор, по которому прошли метров тридцать. Поднявшись по ступеням наверх, оказались в старом доме стариков Перевозниковых.
– Значит, из дома в дом вы пробирались по подземному переходу…
– Я рада, что все закончилось. Ты ведь пойдешь в полицию?
Дайнека не знала, как ответить на этот вопрос. Старуха виновато продолжила:
– Только вернуть мне им будет нечего. Денег уже нет.
– Вы все потратили?
– Потратили мы немного. Вовремя спохватились. Савелий как-то сказал: души нужно спасать. Два года назад все деньги отдали на строительство детского дома.
Не здесь, не в Москве. Савелий увез на родину, в Минусинск. Теперь в этом доме дети живут, сто пятьдесят человек. – Она снова вздохнула. – Не знаю, как дальше жить…
Неожиданно для себя Дайнека обняла Таисию Ивановну.
– Вы хорошо сделали. Кто-то должен останавливать зло.
– Милый ребенок, – вздохнула старуха, однако не решилась погладить ее по голове.
Дайнека вернулась домой больная. Она не могла спать: маялась, словно от боли, ходила по дому туда-сюда, представляя себе Таисию Ивановну, которая сидит в темноте возле мертвого мужа.
К утру она окончательно поняла, что в полицию не пойдет. И дело было не только в том, что ей было жаль старуху. А в том, что деньги преступников достались брошенным детям. Какой справедливости добьется Дайнека, если заявит в полицию? Таисия Ивановна поддалась искушению и потеряла всех, кого любила. Какой же прок сажать старуху в тюрьму?
Утром Дайнека собрала свои вещи, посадила Тишотку в машину и вернулась в городскую квартиру. Встречаться с Таисией Ивановной на улице, в магазине или где-то еще было выше ее сил.
Ловить выжидающий взгляд и чувствовать себя вершителем судеб она не желала.
Закончился май. Дайнека сдала сессию. Отец вернулся из отпуска и рассказал, что таинственный особняк обрел новых хозяев.
В тот же день ей позвонил Вешкин.
– Послушай, кажется, я нашел!
– Что? – спросила Дайнека.
– Не что, а кого.
Она сообразила, о ком идет речь.
– Ты нашел Перевозникова?
– Кажется – да.
